— Сначала брата забрал, а теперь и это хочешь! — буркнула Ева, но мгновенно последовало упрямое: — У меня условие: ты ответишь на все вопросы.
— Согласен, — сказал со вздохом вестник.
— Зачем тебе эта фигня? — недовольно протянула она и хлопнула по сумке.
Необходимость книги для себя она осознавала чётко. Было чем занять рот. И всю голову. Мысли не возвращались к брату, а сосредотачивались на выборе цели для обстрела бумажными шариками.
— Мы их собираем, чтобы восстановить знания прошлого.
— Не представляю зачем, — Ева фыркнула, уяснив, что в руках оказалась большая ценность, а значит, можно выторговать что-нибудь стоящее.
Вестник нахмурился и неразборчиво забубнил. Ева уловила только: “Дикари, которые ничего не знают и не ценят”. Она отвернулась: “Сам обзывается, а стыдно мне — лучше бы его сильнее ударила, чтобы не выпендривался”. Ева представила, как бьёт вестника такой ценной для него книгой. Но вместо удовлетворения от мысленной расправы она неожиданно почувствовала недовольство собой. Может, вестник прав, и зря она так? Чтобы перевести разговор, спросила:
— А почему ты говорил, что будет плохо, если не заберёшь наших?
— Договор этого требует. Мы обязаны соблюдать.
Ответил непонятно. Думает, самый умный. Ева усмехнулась и выпалила:
— Посмотрел в своё же ухо!
— Что? — переспросил вестник.
— М-м-м, это значит, что ты врёшь, — объяснила Ева.
— Интересное выражение, — в его ясных глазах проскользнуло неподдельное любопытство, — от старших услышала или прочла?
Вестник впервые заинтересованно глядел на неё.
— Нет. Сама придумала. И вообще-то на вопросы отвечаешь ты.
— Да… — Он некоторое время, безмолвно шевелил губами, как делают, заучивая фразу. — Но сочинила неплохо, с фантазией.
Ева, не зная почему, улыбнулась. Ну похвалил её этот непонятный тип, и что с того? Вестник внезапно остановился и уставился вдаль.
— Вот дрянь, — процедил он.
— Что?!
“Да, как он…” — Ева сжала кулаки.
— Смерч!
— Где?! Я ничего не вижу.
Её взгляд метнулся вдоль горизонта. Мохнатая туча слева быстро вытягивалась к земле. Образовалась воронка. Гигантский вихрь, быстро покрасневший от пыли, шёл на них.
Ева никогда не сталкивалась со смерчем посреди степи. Дома каждая семья пряталась в погреб. Там, внизу, в темноте казалось, будто великан ломился внутрь и горько всхлипывал. Но прорваться не мог. А теперь спастись от чудовища негде. Еве не удавалось вдохнуть. Ладони заледенели. Она не могла пошевелить и пальцем.
— Сюда! — закричал вестник.
Ева не отрывала взгляда от вращающегося монстра. Её ноги стали непослушными, будто сделаны из песка, который вот-вот рассыплется. Вестник дёрнул за руку и с силой потащил за собой.
Они затаились в глубокой и узкой ложбине. Иссохший крохотный оазис обозначился парой шипастых кустов. Ева, пряча лицо в жестких травах, почувствовала, как когтистая лапа урагана дерёт одежду на спине.
Она зажмурилась и вцепилась в вестника. Воронка приближалась. На зубах скрипел песок. Мышцы напряглись: ещё секунда — и Ева побежит. Она не знала куда. Внутри всё требовало убраться отсюда. Она дёрнулась, но вестник навалился сверху, прижимая к земле. Еве расхотелось бежать. Показалось, что само время замерло, завязанное в узел смерчем. Пространство забилось в конвульсиях. И только чужое сильное сердце гулко билось за спиной, и дыхание щекотало шею.
Глава 4
IV.
Фотина отошла от окна и села за стол. Вестники знали из литературы предков, что в кабинете ещё нужен книжный шкаф и напольные часы — так было принято у предков. Последнее восстановить пока не удалось. Зато у них были компьютеры в рабочем состоянии — подарок тех, с кем человечество заключило договор. Разумеется, и энергией снабжали Пряхи. Именно они определяли судьбы всего сущего. Раз в шесть лет вестники получали от них сообщения — для этого им дали компьютеры. Одно такое письмо пришло на рассвете, и Фотина нервничала сильнее обычного, и поэтому пальцы теребили то рукав, то чёлку. Настал звёздный час младшего брата: Аспид получил первое задание. Фотина не знала, радоваться или… Дурное предчувствие преследовало с самого утра: отчего-то не хотелось читать то сообщение от Прях, но она не могла не подчиниться их воле.
Дверь отворилась.
— Быстро летит время. — сказала Фотина
Она ласково улыбнулась и раскрытой ладонью указала брату на кресло напротив себя.
— Не скажи, сестрёнка, — сказал Аспид и откинулся на спинку. — Я заждался этого дня.