– Так дави… Чего же ты медлишь?! – с трудом сдерживая болезненный стон, произнёс я, вновь пытаясь подняться и срываясь на злой крик: – Убей меня или я заберу твою голову!!!
Полудракон яростно взревел, воздевая к небесам руку и делая шаг вперёд – ринувшаяся с небес багровая молния отпечаталась на сетчатке моих глаз, ударив в его когтистую лапу и окутывая её густой сетью пляшущих и трещащих разрядов.
– Как скажешь, самурай. Я подарю тебе встречу со Смертью!
– Не так быстро, ящерица!!! – прогудел густой бас моего опекуна, и в спину не ожидавшего атаки убийцы врезался толстый тугой шар плазмы, отшвыривая его минимум на десяток шагов. – Мы ещё не закончили, Дэй Луэн!
Свой ёмкий и эмоциональный спич Лаптев сопроводил метким выстрелом из подствольника. Светошумовая граната описала короткую дугу, врезаясь в защитный «покров» трясущего головой полудракона, и оглушительно взорвалась, заливая двор особняка ослепительной вспышкой.
Облегчённо выдохнув и вновь скривившись от боли в рёбрах, я непослушными пальцами нашарил на поясе отделение с боевой химией и со второй попытки достал шприц-тюбик. Нажатие на магнитные крепления комбинезона на бедре вынудило защитное покрытие слегка разойтись в стороны, и спустя пару секунд шприц вонзился в подкладку, с лёгкостью доставая иглой до моего бедра.
– Напомни мне обучить тебя азам алхимии синоби, – недовольно пробурчал дедушка Хандзо. – Настойки и зелья на травах не столь вредны и не менее эффективны, чем то, чем ты прочищаешь себе мозги и глушишь боль.
– Сколько в тебе оптимизма, старик, – просипел я, с трудом перекатываясь на живот и начиная вставать. – Эта битва ещё не завершилась, а ты уже строишь планы на будущее… Что с Рю? Он сильно пострадал?
– Дух Великого Зверя не так просто уничтожить, внук, – небрежно отмахнулся дед. – А твои друзья настроены весьма решительно, особенно рыжий…
Пришедший мне на выручку Гена активно поливал китайца из обоих стволов штурмового комплекса, выигрывая нам разве что пару десятков секунд форы – мастер с лёгкостью выстоял под шквальным обстрелом и был только слегка дезориентирован внезапным вмешательством. А вот Лёха…
– С нами Бог! Так кто же против нас, братья?! – звонко выкрикнул вошедший в раж староста, воздевая к небу натужно выдернутый из земли меч, испускающий фиолетовое свечение и усеянный пылающими рунами по всей длине клинка. Небрежно очертив скьявоной круг вокруг себя, Лёха продолжил чертить на земле странное подобие гексаграммы, щедро насыщая чертёж бахиром, пропускаемым сквозь кончик клинка. Испускаемые им колебания Силы были настолько велики, что я ощущал их даже на расстоянии. И сразу понял, что именно от меня требуется…
Странно, но в тот момент, как и в предшествующие, я практически не вспоминал о главной цели затеянной авантюры. Даже находясь в доме, полностью сосредоточенный на отвлечении противника, лишь краем сознания отметил присутствие девушек и их последующее освобождение. Безрассудная и отчаянная затея удалась – пленницы обрели свободу. Осознание этого наполняло непонятной лёгкостью, привносило смысл в каждое действие и в то же время ничуть меня не волновало. Как однажды приговаривал-напевал мой рыжеволосый друг: «Первым делом, первым делом – самолёты, ну, а девушки… А девушки – потом!»
Усилием воли, перенапрягая и без того истерзанные энергетические каналы духовного и физического тел, призвал к себе несколько разбросанных по полю боя метательных пластин. Насыщенные золотистым свечением, они послушно воспарили, ярко взблеснули в воздухе, закручивая вокруг меня смертоносную карусель и…
Мне предстоял Танец со Смертью.
Не было надежды, но не было и сомнений. Молчаливая ледяная уверенность, оттенённая напускным безразличием боевой химии в моей крови, настойчиво позвала за собой, барабанами пульса задавая ритм схватки.
Шаг.
Неуверенный, неуклюжий, неживой…
Шаг.
Вопреки всему и ради всего, что мне дорого.
Во имя любви – к тем, кто стал моей семьёй, к друзьям, к…
Шаг – сквозь рваную дыру в ткани реальности, поддавшейся и уступившей моему напору, навстречу другому пробою, что вёл меня к встрече с врагом.
Шаг…
В сражении боевое предчувствие способно заменять всю совокупность человеческих чувств. Тренировать его приходится именно в таких условиях – не полагаясь на зрение, обоняние, слух и осязание. Но в битве предчувствие используется не как аналог, а, скорее, как дополнение…
Пять секунд…