Точно знал, что будь его воля, медсестричка уже давно бы топтала поверхность луны, ели не Марса.
— Ты прав, не можем. Мы ничего не можем без её согласия.
Цепляет его это.
— Ну, так значит, как врачи разрешат, пусть её сестрица свозит Юлю к ней, — да, я в наглую проверял выдержку Александра.
Мы какое-то время смотрели друг на друга, молча. Фиг знает, что это было со стороны Саши, я же выражал свою непреклонность. И не собирался ограничивать мать в общении с дочерью. Я даже подозревал, что всё будет на оборот. Лена сделает всё возможное, что бы изолировать меня от ребёнка. А вот я пока не знал, как буду на это реагировать. Забью, как и на всё остальное, или же буду бороться? А с другой стороны, зачем мне это нужно? Ребёнку всегда лучше с матерью, а не с отцом, тем более калекой. А деньги она с меня через суд стрясти сможет.
Порш, вон вообще своим внебрачным детям ни копейки не дал. Их во всём Анита поддерживала. Так что я еще можно сказать, даже хороший в отличие от биологического отца.
Видимо, что-то промелькнуло в моём взгляде, так как Алекс первый отвёл свой. Осмотрел пространство вокруг и отправился на выход, бросив напоследок:
— Всё же постарайся подружиться с Кристиной.
«Ага. Ща, только резину на колёсах поменяю, и сразу же к ней», — усмехнулся я.
Джон всё же остался, чисто для наблюдения за мной. Александр всё же великий переговорщик, раз уломал его остаться. Мне по факту было фиолетово на всё движения вокруг меня, лишь бы не трогали.
Со спортзала я вернулся в свою комнату и приняв ванну с помощью всё того же физиотерапевта, решил отдохнуть. Обычно я выезжал на прогулку в сад, или смотрел телевизор в гостиной, но вероятность наткнуться на Рыжика, отбила всю охоту покидать приделы своей комнаты. Хотя точно знал, на ужин идти придётся.
Снова взял свой «MacBook» что бы убить время, и увидел несколько уведомлений в приложении «ДругВокруг». Пришли ответы от тех, кому писал я, и одна новенькая.
На аватарке была изображена ведьмочка с рыжими волосами и ехидно — шаловливой улыбкой, да и ник был созвучен картинки — «Злобная ведьма».
«Привет, крутой гонщик. Завоевываешь очередной трофей на треке?»
Этот вопрос, вроде и безобидный, а затронул столько непонятных струн внутри. Моё прошлое живёт во мне. Именно оно причиняет боль больше всего, точнее осознание того, что этого больше не повториться.
Крики толпы… вспышки камер, что пытаются урвать, хоть что-то от гонщика… рёв мотора, когда из него выжимаешь все соки… адреналин, что стучит в висках, и, конечно же эйфория полёта, от скорости, от осознания, что ты это можешь…
Только вот я, больше не могу. И правы журналисты, говоря, что Дмитрий Дамизов сошел с дистанции.
Отогнал наваждение. Ведь реально, будто на секунду оказался там, среди выкриков фанатов, запахов паленой резины и урчания моторов. Но то, только на секунду. Моя реальность здесь и сейчас. Может это осознание и заставило выйти из программы, а после полностью её удалить. Закрыть комп, и уставиться в потолок ничего не видящими глазами.
Я редко ностальгировал по ушедшим денькам безбашеной молодости. Моё время прошло, и пора принимать взрослую жизнь, такой, какой мне подарила её судьба.
В дверь поскреблись, вырывая меня из моих невесёлых дум. На автомате сказал «Войдите». Стопроцентно был уверен, что это либо Аня, либо Саша, либо Джон. Но вот никак не ожидал увидеть, просунувшуюся рыжую макушку в слегка приоткрытую дверь.
— Дмитрий Сергеевич, — голос Рыжика дрогнул на отчестве. — Александр Сергеевич просил позвать вас на ужин.
— Надо же, какие мы официальные, — усмехнулся я. — А ведь раньше Дима, Димочка, о да! Не останавливайся! — Передразнил я девчонку, напоминая ей о том, какая она говорливая в постели.
Рыжик замерла, смотря на меня ошарашенными глазами. Даже показалось, что она сейчас заплачет, так как синие глаза увлажнились. Но она сразу взяла в себя в руки, ну и свои руки, тоже взяла, переплетя на них пальцы. Точно знал, что она сейчас нервничает. У нас были всего сутки, а я так хорошо успел её изучить…
— Дмитрий Сергеевич, — теперь её тон был тверд и официален. — Ваш брат попросил еще, что бы вы поторапливались. На ужин ждут вашу матушку.
— Бляяя, — протянул я, потирая лицо руками.
Кристина же развернулась в надежде покинуть мою комнату. А я столкнулся с противоречивыми эмоциями. С одной стороны я не хотел её видеть больше никогда, а с другой, я не желал, что бы она уходила.
П@здец просто!
— Рыжик стой, — всё же не переборол я себя.
Слабак.
Девушка остановилась, и в пол оборота развернувшись ко мне, замерла в ожидании.
— Извини, — выдавил я из себя, голос был словно чужой. — Не воспринимай на свой счёт.
— Я всё понимаю, меня предупредил ваш брат. И я вас понимаю, — официальный тон, так никуда и не делся.
— Понимаешь? Это твоя профессия сейчас выделяется? Ты будь хоть лауреатом психологических премий пятьсот раз, ни поймёшь, — зло выплюнул я.
Девушка приподняла свои рыжие брови. Точно сейчас нагрубит и выйдет, хлопнув дверью. Но я ошибся. Кристина вернулась в комнату, подошла ближе, и даже на кровать уселась… мою! Меня тут же овеяло лёгким ненавязчивым запахом цитрусов. Прямо апельсинка, хотя, учитывая цвет её волос, и характер, скорее грейпфрут.
— Вы хотите об этом поговорить? — совершенно серьёзно спросила она меня.
Я даже растерялся, ведь совершенно не понял о чем конкретно, я должен хотеть разговаривать.
— О чём, апельсиновая моя?
— Я не апельсиновая! И, увы, не ваша! А поговорить, о том, что вас никто не понимает.
— Увы? Не сожаление ли это? Если будет желание, мы можем и всё исправить. Абсолютно готов на всё, лишь бы ты улыбалась, — оскалился я.
— Знаете, я хотя бы сделала попытку, найти с вами общий язык…
— Ты его нашла еще четыре года назад, вот тогда он у нас был точно общий!
Только последние слова, я говорил уже закрывающейся двери. Сбежала. Но настроение мне подняла. Может и будет от неё хоть какая-то польза.