Разрезая волны, словно острый нож, мой сёрф скользил по водной глади. Покорив очередную волну, двинулся к пляжу. Всё же пока не рисковал, хотя при виде больших волн, словно что-то подначивало взять очередной барьер. Но я смог усмирить этот азарт, ощутить ту эйфорию, что выделяется адреналином, когда ты висишь на волосок от смерти. Больше я не желал бросать вызов судьбе, как делал это раньше.
Четыре года в инвалидной коляске многому меня научили. Да и причинять боль родным людям больше не хотелось.
Улёгся на доску, и руками загребая воду, преодолел последние метры до берега, но котором сидела Кристина. Бросив доску в разгоряченный солнцем песок, улёгся на подстилку рядом с девушкой.
Она что-то прятала в ладонях с проказливым видом. Словно ребенок, которого застукали на подглядывании.
— И что за проказливая улыбка, — брызнул я на неё морскими каплями.
— Это улыбка счастья, — прижала свои всё ещё сжатые вместе ладони.
— И что же такого ты нашла, что делает тебя счастливой? — загнул я бровь.
— Твою любовь, — её улыбка святилась в тридцать два зуба.
— Да ладно? Так уверенна? — усмехнулся я, всё ещё не решаясь произнести эти слова в слух.
— Ага, — она всё не переставала улыбаться. — Я поняла, что любишь, когда ты появился в аэропорту. Убедилась, когда мы сели в самолёт и отправились сюда. А подтверждением стал наш с тобой брак. Ты бы не стал жениться, просто от нефиг делать, — Рыжик прямо вся истощала счастье и довольство.
— Неубедительно, — хмыкнул я.
Кристина разжала ладошки, продемонстрировав мне их содержимое. Золотая цепочка блеснула на солнце в её руке, а сапфир, обрамлённый бриллиантами, отбрасывал блики на покрывало и морские капли, что ещё не высохли с моего тело.
Невольно поморщился. Заказал эту подвеску для Рыжика, ещё в тот момент как выписали из больницы. Она была точной копией кольца Ани, что Саша подарил ей на помолвку. Почему-то решил, что Рыжику будет приятен такой подарок.
— А это ещё одно доказательство, — я считал, что ещё шире улыбаться не возможно, но Рыжик меня разубедила. — «Моёму любимому, Рыжику. Ты моя путеводная звезда», — с придыханием прочитала она гравировку.
— Ты не должна была его найти. И какого чёрта я не оставил его дома. Это свадебный подарок, — проворчал я стараясь уйти от темы любви.
— Ты можешь не говорить мне этих слов, — Рыжик облокотилась на меня руками и положила свой подбородок мне на грудь, всё ещё зажимая подвеску в кулачке. — Я знаю, что любишь, и могу и подождать со словесными признаниями. Ты только сильно не затягивай, ок?
— Ок, — усмехнулся сам над собой.
Потянул эту рыжую бестию на себя, что бы в очередной раз ощутить вкус её губ. Нужно держать её в тонусе, что бы подобная улыбка как можно чаще освещала её глаза, под цвет сапфира в подвеске.
Эпилог
Платье невесты произвело фурор среди гостей и прессы. Идея молодого дизайнера, что открыла Екатерина Дамизова, пришлась всем по вкусу. И теперь у юного малоизвестного дарования будет очень много работы.
Корсет, инкрустированный бриллиантами и аквамарином, освещал пространство не хуже люстры. А обтягивающая юбка в пол фасона русалки плотно подчеркивала фигуру невесты. Даже лёгкое кружево частями ниспадающее по краям гармонично смотрелось на дорогом великолепии.
Но это не платье украшало невесту, а невеста платье. Шикарная рыжая шевелюра ниспадала волнистыми локонами, на загорелые обнаженные плечики, ещё более подчеркивая плотную упругую грудь, в ложбинке которой красовалась подвеска с крупным сапфиром. Кто-то из гостей даже, выделил схожесть украшения с обручальным кольцом Анны Порш.
Кристина плотнее прижала к себе шикарный букет цветов, и глянув на собравшихся девушек спросила:
— Все готовы?
— Да! — было ей хоровым ответом из женских голосов.
Всё гости изрядно подзаправились алкоголем. И культурное мероприятие грозило перейти в обычную русскую свадьбу. Уже начинались даже первые споры среди мужчин. Которые сдерживались пока ещё трезвыми мужчинами, но что-то подсказывало, что это не надолго. Ведь даже Московская богема, является обычным русским людом и ей не чужды людские забавы.
Кристина улыбнулась всем, и отвернувшись начала отсчёт, ей вторили голоса собравшихся позади девушек.
— Три, два, один…
В толпу полетел шикарный букет, кто-то пытался поймать его в прыжке, но лишь повалил, свей тушкой стоящих рядом, но тоже пытающихся дотянуться свободных женщин, мечтающих о замужестве.