И Воробья жалко, но вроде бы я научила его основам, а дальше он и сам разберется, не дурак ведь, и исполнит свою мечту. Удачи ему в этом.
Весь следующий день я провела в доме гильдии. Ни Торн, ни Григ, ни Рамон ничего не говорили, но, кажется, сообразили, что я прощаюсь. Воробей радостно скакал вокруг меня, гордясь, что я теперь работаю в академию. Григ искоса поглядывал на него, но разочаровывать не спешил.
— Ты все же не забывай о нас, — заметил Торн ближе к вечеру. — Если что, всегда обращайся.
— Даже если это принесет вред гильдии? — улыбнулась я.
Торн шутки не поддержал и ответил серьезно:
— Мне кажется, ты не подставишь нас. С этой стороны я совершенно спокоен.
Я даже не нашлась, что ответить от такого доверия. А ведь он был серьезен.
— Спасибо.
Утром я собрала только самое необходимое. Когда начинаешь новую жизнь — тащить за собой груз старых вещей не стоит. Потому все уместилось в одной небольшой сумке. Теперь маскировка интерфекторов, которая напрочь блокирует мою магию, превращая меня в обычную человеческую девчонку — скулика. Мда. Осмотреть себя: простое серое платьице, распущенные волосы — отросли за последний три месяца, я их только подравнивала. В общем, самый обычный подросток — девчонка, не красавица, но и не уродка, за лето откормилась немного и хоть перестала пугаться себя в зеркало. Самое главное спрятать взгляд, слишком уж он уверенный и жесткий. Не может быть такого у челвоека перед магами. Тут оказалось сложнее всего замаскировать, долго экспериментировала, пока не подобрала идеальное заклинание. Сделала глаза темнее, чуть углубила, чтобы спрятать… да кому это интересно, в общем постаралась. Плохо только зеркала нормального нет, глянуть на себя напоследок.
У двери ждала простая коляска, в которой сидел кто‑то незнакомый из гильдии — типа опекун. Почему не Григ? А потому, что если что случится, этого вот «опекуна» и будут разыскивать в первую очередь. А он наемник простой, даже не знает кто я и кто ему платит.
До академии добрались без проблем, проехали под аркой во двор, от арки так сильно разило магией, что я даже в заблокированном состоянии чувствовала ее. Что туда напихали, интересно? Ясно, что что‑то сканирующее, но сколько же туда сил вбухали?
Во дворе собрались другие претенденты. Мо «опекун» отдал документы подошедшему слуге и укатил, на прощание чмокнув меня в щучку, родственничек, блин. Убью Торна за такую легенду! Хотя могло быть и хуже, например он мог изображать моего любовника. Ладно, не буду убивать Торна.
— Веди себя хорошо, — настолько фальшиво прослезился «опекун» при прощании, что я с трудом удержалась, чтобы не сплюнуть. К счастью он тут же вскочил в коляску и уехал.
Нас же провели в отдельный зал, где и выстроили вдоль стены, не разбирая мальчишка, девчонка. В основном тут были подростки двенадцати пятнадцати лет. Оно и понятно, ведь личных слуг подбирала для учеников, а те и сами были этого возраста. Хотя вон там стоит группа постарше, им лет по семнадцать, может для старшекурсников.
Стояли мы минут сорок. Я тихонько осматривалась, а вот соседи не осмеливались даже на это, как поставили, так и стоят. Даже дышать бояться. Хм… приходится и мне принять вид каменного изваяния, а то слишком выделяться буду своим ненормальным бесстрашием.
Вот появились маги, который быстро распределились и стали подходить к каждому претенденту, пристально всматривались в лицо, кое‑кто не выдерживал и падал в обморок, не знаю от страха или от магии. Таких просто выносили обратно во двор, кажется, на этом для них все заканчивалось. Вот подошли ко мне. Изобразила страх, но в обморок не упала… хотя что обманываю, изображать не пришлось — боялась, да еще как, пусть и не того, чего боялись остальные. А вдруг маг все‑таки сумеет пробиться сквозь маскирвоку интерфекторов?