Но вот тени легли как надо, и я приблизилась к навесу. Печать отыскала быстро, ее ставили на плечо и, в отличие от печатей Домов или слуг, она была видна всем, даже простым людям. Первый раз, когда подходила к рабским загонам, я заметила ее, но приняла за татуировку, магию‑то совсем не чувствовала под маскировкой. Теперь ясно видела — печать. Как и предполагала, простейшее заклинание с привязкой к личности того, кто ее ставит, отпечаток ауры виден четко, причем ауры не раба. Хм…, если знать, что искать, печать ощущается издалека, думаю, километров с пяти засечь можно. Опять эти пять километров. Помнится, Маренс тоже у меня мог качать энергию не больше, чем с пяти километров. В общем, обычная сигналка, позволяющая отыскать беглого раба, если понадобится, и опознать его, не более. Присмотрелась к узору, да уж, такие я распутывала уже через месяц обучения, с закрытыми глазами могу уничтожить, а вот простые люди убрать печать не смогут. Можно всю кожу с руки содрать, все равно проступит. Руку отрубишь — появится на теле. Зачем тогда цепи, все равно с такой меткой не скроешься? И ведь и руки и ноги в кандалах, да еще ошейник. Странно, но выяснять это причин не видела, пора уже уходить, да и темнеет, надо успеть покинуть город до того, как закроют ворота. Что будет, если не успею, лучше не думать, была уверена, что местные нищие оправданий слушать не станут. А ведь еще надо успеть заклинание маскировки восстановить.
Успела. Почти в последний момент успела. Если не считать этого, то никаких проблем в городе у меня не возникло, а информации получила море, нужно только обдумать ее в спокойной обстановке. Потому и говорила, что ночевать в лесу в шалаше подальше от людей намного безопаснее, чем рядом с ними. Вот так и двигалась, а на третий день повезло прибиться к небольшому каравану, владелец которого согласился нанять меня за кормежку до конца поездки. В мои обязанности входил уход за животными и выполнение мелких поручений владельца, ничего необычного. Единственное условие, которое он поставил — вымыться. Ну это да, и сама не против, а то уже попахивать начало и от меня и от одежды. Надо будет уговорить хозяина еще мыло мне дать в качестве платы. Вот ведь очевидная мелочь, а не подумала, что в дороге понадобится. А сколько таких мелочей еще будет?
Удобно путешествовать в караване, сидишь на телеге, едешь, ноги не утруждаешь. Когда маскировку скинула, подлечилась, к тому же привыкать уже стала. Но все равно ехать лучше, чем идти. Работать, правда, много приходится. Зато в плане информации тут вообще рай, главное уши раскрыть пошире и слушать. Вот сейчас два охранника обсуждают какую‑то стычку на дороге, а сколько всего узнала? И о разбойниках и о тактике в лесу, как берут след, где можно столкнуться с разбойниками, а где безопасно.
— Ларс! Где ты, шельмец?!
Поспешно соскочила с телеги и бросилась на крик. Ларс… такое имя себе выбрала, заодно обругала себя же, могла бы раньше вспомнить! Имен местных не знаю! Будто легенды и сказки не читала в библиотеке. Там же куча имен, выбирай на любой вкус. Вот какая польза в абсолютной памяти, если пользоваться ею не умею? Ладно все‑таки догадалась, а то так бы и вызывала у всех удивление своим Ланом. А имя Ларс мне сразу понравилось и со смыслом — в одной из легенд это было имя могущественного мага, который бросил вызов владычеству Домов. Даже не знаю, как в библиотеке магов очутилась та книга, хотя они как сороки, тащат все, что плохо лежит. Бросать вызов Домам не собиралась, но ведь все равно стою вне их. И вне людей. Кто же я тогда? Это мне еще предстояло понять.
— Да, господин?