… Это разговор о многом сказал Мариан. Во-первых, возле обычных рядовых магов не плетутся интриги. Даже лишь юных дев. Опять же, взять Федерику — она из богатой семьи. Такая интрига уже совсем не мелкая.
Во-вторых, юная госпожа уверена в том, что господин — сильный маг. Возможно, видела это лично. И она сказала не «сильный целитель», а «сильный маг».
Как видится Мариан, Федерика поступает максимально логично, ища покровительства у такого человека. Это в женской природе, быть рядом с сильным мужчиной. Особенно, когда ты оказываешься рядом и выражаешь поддержку, пока мужчина ещё молод и не обладает серьёзным влиянием.
— Приехали, — произнесла Федерика.
Смотря на небольшой особняк, даже скорее просто дом, двухэтажный, к которому подъехал парокат.
— Мариан, я попрошу тебя подождать, пока я разговариваю, — произнесла Федерика. — Скажу честно, ты здесь для моего авторитета. Что тебя, ардуни Энтони Кольера, доверяют мне.
— Как вам будет угодно, госпожа, — негромко ответила Мариан.
Федерика поднялась с сидения, воспользовалась помощью слуги-извозчика, чтобы сойти на землю. Примечательная особенность. Слуги помогают только господам. А другим слугам нет. Даже мужчины женщинам. Парень-слуга тут же отошёл, когда Федерика спустилась.
— Госпожа Рикарди? — в дверях Федерику встретила служанка.
Полная женщина лет сорока на вид.
— Госпожа Анабела Леман дома? — спросила Федерика.
— Да, леди Рикарди, госпожа ожидает вас, — служанка распахнула дверь пошире.
Поздний вечер
Учебный лагерь колониальных войск
Когда Энтони притащился в свою комнату в казарме, он даже садиться не стал. Стащил одежду стоя. Ибо чуял, стоит присесть и больше он не встанет.
Так и вышло. Едва он оказался на койке, его тут же вырубило. Как свет выключили.
Но при этом Энтони сразу стал видеть сон. И в этом сне он оказался посреди мрака. Но не в полной темноте, отнюдь. Он стоял на очень гладком полу, который напоминал отполированный цельный камень. Во мраке мерцали звёзды. А ещё прямо перед взором висела… Планета. Словно он, Энтони Кольер, оказался в космосе. И этой планетой была Земля.
Интересно ещё кое-что. Посреди огромного каменного диска, висящего в звёздной пустоте, в удобном кожаном кресле на одной ножке сидел кто-то. А перед ним висели… Экраны. Много экранов, по три в столбце и полукругом перед наблюдателем. Который, кстати, ещё и курил.
— А это место слегка изменилось, — заговорил Энтони. — Это я ещё молчу, что текущие интерьеры мне очень-очень знакомы.
— Хелоу, каптэн Шепард.
Кресло повернулось. Малфой-Младший изменился. И не слегка. Во-первых, явно возраста себе накинул, лет до тридцати. Костюм изменился на чисто земной, чёрного цвета, но без галстука. Длинные белые волосы Младший оставил, они стекали на плечи. Но более всего бросались в глаза ярко-белые радужки, совершенно определённо не походящие на человеческие. Ну, и вот эти черные штуки, закрывающие пол-лица. В черноте «заражения» светились серебристые огоньки.
— Что же, — заметил Энтони. — Косплей Призрака просто улёт. Поздравляю.
— Тебе не нравится? — нахмурился Младший.
Энтони усмехнулся.
— Главное, чтобы тебе нравилось, — произнёс он. — Если спрашивать меня… То почему бы и нет? Всяко лучше, чем унылые особняки с, хех, призраками-простынями. Сигареткой не угостишь?
Младший же осклабился. В следующее мгновение в руке у Энтони появилась белая сигарета с фильтром. Уже зажжённая.
— Рассказывай, — сощурился Энтони, затянувшись. — Тебе же наверняка хочется поделиться размышлениями и основаниями.
Младший усмехнулся. И поднялся. Кресло за его спиной при этом исчезло.
— Я исходил из того, — заговорил он. — Что нужен нестандартный подход. Нечто такое, что настроит в радикально ином направлении меня и в целом наш археум. Теперь же у меня нет… Скажем так, предела осознанного существования.
— Именно, нет, — подтвердил Энтони.
Он подошёл к экранам. И увидел на одном «ролик». Воспоминание из жизни Максима Векшина. Освоение конструкта Секущая Плоскость, кстати. Младший трудится, ищет, в чём причина срывов.
— Наткнувшись на это воспоминание, — окинул жестом окрестности Младший. — Я понял, что это именно то, что мне нужно. Образ будущего. Нечто вообще несвойственное, невиданное в этом мире. Также запечатлел, так сказать, исходную точку.
Малфой… Хотя, теперь корректнее называть его именно Призраком, указал на земной шар.
— Жнецов ты в порыве творения не внёс? — спросил Энтони.
— Это лишняя декорация, которая будет лишь отвлекать, — улыбнулся Младший. — Но история очень интересная, Старшой. Может я… Слишком увлёкся, но посмотрел уже три раза. Эти истории-игры, право слово, гениальное изобретение.