— На шестьдесят четвёртого потом посмотрим, — жетон соперника сто второго оказался в синем ящике. — Если, конечно, он будет способен.
Как-то слишком быстро он прошёл отбор. Пока ждал, Энтони слышал, что бывает и до пяти боёв. А он только один провёл. Потом его отвели из зала в другую комнату, где стены были украшены красной тканью с золотыми изображениями меча (если быть точнее, гладиуса) на фоне скутума, римского щита и, внимание, лаврового венка над ними. Там вручили очередной жетон, только медный. С цифрой уже «XXII». Собственно, на этом всё и завершилось. Завтра Энтони, точнее Максима Нуммуса ждут в час дня.
Кольер вернулся в магазин, где покупал «концертный» костюм с маской. Он там оставил цивильную одежду, разумеется, за плату. Более того, в магазинчике имелись ящички с навесными замками, то есть это на поток поставлено. Каждый крутится, как может.
Прикупив сумку, Энтони сложил в неё бойцовский антураж и вышел из магазина. А маску снял уже на улице. Что-то паранойя пробудилась, не захотелось светить лицом даже перед работниками магазина.
«Но всё же… Ожидалось что-то более масштабное» — заметил Младший.
— Соглашусь, — кивнул Энтони, идя в сторону парокатов. — Такое пафосное место… А действие оказалось на уровне смахнуться с Алисой. С ней даже позрелищнее будет.
«На самом турнире противники будут посильнее».
«Посмотрим, так-то это и было целью» — мысленно ответил Энтони, так как уже дошёл до парокатов. — Пять денариев! Деверсориум Манификум!
— Пожалуйте сюда, господин, — тут же откуда-то сбоку вывернулся хитрого вида мужичок.
И заговорил он на литторал. Поэтому Энтони и пошёл за ним.
«А может это… Нас грабить будут, а?» — с азартом заметил Младший.
«Э, э, тут вам не там. Будут грабить, просто ручки обрываем и ждём вигилов».
«Но хотя бы обшмонаем?»
«Ты откуда фени набрался?»
«Так известно откуда, — хмыкнул Младший. — Воспоминания. Любопытные у вас были знакомые, Старшой».
Они дошли до пароката. Энтони опасался, что будет какая-то колымага, но транспорт выглядел нормально.
«В маги попадали не только чистые на руку люди» — заметил Кольер, усаживаясь на сидение.
«Знаешь… Я смотрю воспоминания. И такое ощущение иногда пролетает, что ты словно проходил подготовку. Для Геи. Вот реально».
«Это ещё называется жизненный опыт, — иронично заметил Энтони. — А в периоды, когда мир катится в задницу, сей опыт набирается очень быстро. Хоть ты военный, хоть маг, хоть простой человек. Жить захочешь, научишься. С кем надо говорить, кого послать сразу. Насчёт генерала Васнецова ты уже глянул?»
«Ага. Там же была сильная эмоциональная окраска. Гнилое вышло там у тебя дело, Старший. Подстава голимая».
«Вот именно. А надо было слушать людей. Но нет, боевое братство. Однако своя рубашка оказалась у всех к их телу поближе».
Энтони вздохнул. Извозчик, уже сидящий на своём рабочем месте, двинул левой рукой вниз, запуская паровой двигатель. Кольер откинулся на спинку сидения, чуть сбил на затылок шляпу, раскинул руки в стороны.
«Но сейчас-то получается неплохо?» — заметил Младший.
«Потому что, считай, сначала начали. И с читами».
«Хе-хе, точно. Читы и есть. Слушай. А вот компьютер — это что такое?»
«Ну, товарищ, — Энтони достал из кармана пиджака портсигар. — Это в двух словах не объяснить. Я могу, всё-таки учился на это. Но это будет долго».
Парокат двинул вперёд, огибая фонтан в центре площади.
«Так время есть. Мне интересно» — с любопытством произнёс Младший.
«Так-то это напрямую связано с тем, что я формулы могу изучать, — заметил Энтони. — Построение всяких схем и даже устройство элементов тут в жилу»…
Хэдес Пакат открыл глаза. И скривился.
«Но как так?»
Тот синеглазый… Он же в буквальном смысле слова исчез. Хэдес только и успел, что клинок подставить. А потом рукоять вывернуло из руки, в голове сверкнуло.
— Проклятье, — мужчина сел на деревянной лавке.
Помотал головой. Находился он в ожидаемом месте. Аподитерион. Полуподвальное помещение, где запах сырого железа со сладковатым привкусом, наверное, уже никогда не выветрится (то есть, запах крови и, пардон, разложения). Сюда попадают проигравшие.
— О, очнулся, — к Хэдесу подошла немолодая особа.
С характерным равнодушным взглядом. И не очень презентабельно выглядящая. На голове у женщины была поношенная вязаная шапка, простое платье. При этом всё, хоть и изрядно потасканное, но чистое. Как и руки у женщины.