(У магов нередко наблюдается эффект, что глаза будто изнутри подсвечиваются, настолько ярким бывает цвет радужки)
Роста девушка довольно высокого. Чуть выше рядом стоящего спутника. Но не выше Энтони.
— Нум те ад аликуид тале инвитарем? — произнёс парень.
— Видеамус, — ответила девушка.
«А если наши уйдут с теми парнями?» — заговорил Младший.
Очевидно имея в виду троицу подруг.
«У нас стоит задача морального воспитания?» — спокойно отозвался Энтони.
Он отпил шервизи.
«Но…»
«Проследим, чтобы опасности не было. На этом всё»
«В смысле, в сторону?»
«А какие ещё есть варианты? Куколдизм мне не импонирует. Совершенно».
«Эх» — в тоне младшего проступили нотки сожаления.
«Свобода, дорогой товарищ, проявляется в обе стороны. Как и обязательства. И нам вскоре всё равно бы пришлось это заканчивать. Я увидел сразу две формулы, которых не знаю. Времени на всякие отвлечения нет».
«А что происходит?»
По галерее пробежали слуги. Встали около светильников. И синхронно выключили их. А вот те, кто оказался около факелов во дворе пока ничего не делали.
В темноте мелькнули фигуры. Они выбежали на атриум, под тёмно-синее и уже звёздное небо. И замерли в густых тенях под крышей галерей. Пару мгновений ничего не происходило. А потом заиграл какой-то духовой инструмент. Голосом похожий на флейту. Завибрировал нежным высоким тоном.
А это струны. Перебором зазвучали в тишине. А следом вступили барабаны. Но не мерным буханьем, а звонким быстрым стаккато.
«Да это же что-то восточное. Арабское?».
Тени метнулись в центр площадки. Тут же вспыхнули факелы, которые сделали эффект прорисовки. Музыка стихла. Потрескивают факелы.
Почти обнажённые девичьи фигуры. Одна в центре, шесть вокруг неё.
— Оу! — долетел комментарий от девушки рядом.
«Бандерас» в ответ хмыкнул.
Коротенькие штанишки из голубой блестящей ткани. У центральной из розовой. Из такого же материала и такого же цвета повязки на груди (хотя, по-честному, что там прикрывать). Аккуратные животики, плоские, но не прорисованные в квадратики. В пупках блестят драгоценные камни, под цвет одежды. И опять полупрозрачные белые платки закрывают лица до глаз.
Пум-та-та-та-та. Вновь заиграли барабаны. Центральная танцовщица подняла руки, а шестеро вытянули правую ногу вперёд. И все девы раз и ловко двинули бёдрами. Блеснули цепочки на бёдрах, негромко звякнули подвески.
«Матка боска! Да это ж танец живота!»
Центральная выступила вперёд, окружающие же повторили её предыдущее па. И пошла жара! Уверенно зазвучали барабаны, запела флейта и струнные переборы. Музыка одновременно достаточно быстрая и… романтическая.
Взгляд не успевал охватывать всю картину… Точнее, глаза постоянно съезжали на какую-то конкретно девушку. Какой-то гипнотический эффект, право слово. Сверкание драгоценного камня, движения бедрами, блеск золотых подвесок. Поднимаешь глаза, а тут следует движение плечами. И вроде бы нечем этим девам потрясти… Но взгляд отвести не можешь.
А ещё потрясающая синхронность прихватывает, когда всё же умудряешься оторваться от конкретной танцовщицы. Прогиб назад, взметнулись чёрные, как смоль волосы, когда девы крутнулись. Причём, центральная вышла из другого па и чётко влилась в движение девушек по периметру. У Энтони же сложилось впечатление, что волосы какой-нибудь из танцовщиц сейчас ему по лицу… А он потом руки протягивает и хвать!
«Воу!» — парень аж головой помотал, избавляясь от наваждения.
А музыка замедлилась. Движения танцовщиц сделались ещё более текучими, ещё более плавными. И… призывающими.
«Да чтоб меня!»
Аж сердечко замирает, когда так… пальчиками к себе подзывают. Что-то жарковато стало! И бедро так провокационно, раз, раз. «Подойди, сними с меня эту одежду и владей мной».
«А нам ничего не надо в Мисре?» — пришёл комментарий от Младшего.
«Эм… Похоже, теперь надо».
А мисрийки продолжали лить вокруг жаркую, южную… похоть. Энтони ощутил, что на губах глупая ухмылка. Нахмурился.
«Надо же».
И тут его прижали с двух сторон. О, дамы, вернулись. К счастью.
— На что это ты тут смотришь, а? — сверкнула улыбкой Федерика.
Мелодия слегка ускорилась, движения танцовщиц стали более активными. Девушки стали выставлять вперёд бедро. Рука сзади поднята вверх, рука впереди вытянута вперёд. И край штанишек только мелькает перед взглядом отупевшего самца.
Опускаются на ковёр, словно крылья, отрезы полупрозрачной ткани. Энтони поднял взор.