В общем, в Империи Ируан крайне не рекомендуется убивать колонов. Даже своего. Независимо от того, какие с рабом имеются проблемы.
Энтони Кольер. В тот вечер этот парень спас её дважды. Первый раз — когда Мариан помогала юному патрицию. Не просто так, конечно, Мариан надеялась, что её потом продадут этому человеку (покупать раба, спасшего жизнь — это одна из традиций, и Мисра, и Империи. А также средство обретения дополнительных преференций продавцами).
Но не вышло. Молодого патриция тут же утащили слуги. И Мариан пошла искать Лацерия, ибо ардуни не может болтаться сама по себе. Так девушка и оказалась в траве, рядом с особняком. Она и не поняла толком, что случилось. Удар, темнота. А потом лицо Энтони Кольера. И колющая боль в голове начала проходить.
Маат. Неважно, понимаешь ли ты его или думаешь, что выпала из него. Возможно, Мариан было суждено достаться по итогу именно Энтони Кольеру. И весь путь до этого момента был своего рода подготовкой к настоящему служению… А произошедшее в тот день? Ей ДВАЖДЫ было сделано прямое указание. Неслыханная щедрость от Маат.
Мариан отчаянно надеялась, что она всё поняла правильно. К тому же, Энтони Кольер просто не мог знать слухи про неё, раз он не из Империи…
— Твоя кто? — изумлённо переспросила Федерика.
Минди вообще стояла с открытым ртом. Только Элен сохраняла спокойствие, но и она хмурилась.
— Именно так, Рика, — вздохнул Энтони. — Так вышло. Мариан, подожди, пожалуйста, в соседней комнате.
Энтони показал рукой на дверь в одну из спален. Они пришли в номер девушек.
— Да, господин, — склонилась девушка.
И под взглядами трёх девушек дошла до двери.
— Энтони, — заговорила Федерика, когда закрылась дверь. — Ты куда ездил? Откуда у тебя рабыня появилась? Что вообще происходит?
— Ездил я в особняк рода Катонов, как вы и слышали, — Энтони дошёл до кресла, сел в него, потёр лоб. — Собственно, вызвала меня принцесса Мирабэль. Катон, как понятно. Ей нужно было меня наградить за помощь ей вчера.
— Рабыней?
— Нет, Рик, — парень вздохнул. — В общем, я этой девушке вроде, как жизнь спас.
— Когда? — удивилась Федерика.
— Тоже вчера, — ответил Энтони.
Сам понимая, что его рассказ звучит, как байка. И это при том, что говорит он чистейшую правду.
— А по традициям Мисра, — продолжил Энтони. — Мужчина, спасший жизнь дамы — это… М-м, объект выражения исключительной благодарности.
— То есть, эта девушка стала твоей рабыней, потому что ты ей жизнь спас? — наморщила лоб Федерика.
— Нет, она уже была… Рик. Я сам не до конца разобрался. Факт в том, что Мариан реально оформлена на меня. Она… м-м, слово мне не нравится, но она собственность. Моя. Причём, с её согласия в том числе.
— Энтони, — Минди оказалась рядом.
Села на подлокотник.
— А теперь что, она будет с тобой? Жить там, и всё такое?
— Ну, да, — вздохнул парень. — И меня это прям дёргает. Вот чего я точно в жизни не планировал, так это становиться хозяином раба. Рабыни.
— Так зачем ты её тогда взял-то? — недоумённо спросила Федерика.
— Тут вот какое дело, — нахмурился Энтони. — Как я понял, Мариан или мне будет принадлежать… Или никому.
— И? — не поняла Федерика.
— Она мисрийка, Рик, — произнёс парень. — Ничья — значит…
Он чиркнул ладонью по горлу.
— Серьёзно? — удивилась Минди. — Что прямо так?
— Мне так пояснили, — ответил Энтони. — Ну, и… Я сам уже что-то такое наблюдал. А мне как-то не улыбается грех брать на свою и так не очень чистую душу.
Федерика покачала головой. Она подошла к дивану, присела.
— И что ты дальше будешь с ней делать? — спросила она. — Я к тому, что ты неделю находишься в лагере.
— Отличный вопрос, Рик! — с неудовольствием ответил Энтони. — Знать бы ответ на него… На месте что-нибудь придумаю. В лагерь точно не потащу. Да её и не пустят туда.
— Ну, а с остальным? — спросила Федерика. — Ты разобрался?
— Как видишь, я тут, — ответил Энтони. — И нам пора собираться, кстати. Не хочется здесь задерживаться. А то ещё что-нибудь придумается. Или случится. Всё, хватит пока Империи…
… Энтони, разумеется, мог и сам дотащить все вещи девушек. Под усилением он мог и девушек ещё на руки взять, вместе с их вещами. Но поступать так для аристократа неположняк. Поэтому, по щелчку пальцев, к важным господам подскочили носильщики.