— Продолжайте, — ледяным тоном отрезала вовсе не я. — Меня ждут неотложные дела.
Прошла до бокового прохода, вышла в узкий коридор и побежала к лестнице. По каменным ступенькам спустилась вниз и оказалась перед небольшой кованой дверью. Положила на нее руку и направила поток силы к замку. Дверь послушно отворилась, и я оказалась в кромешной тьме. Взяла со стены факел и зажгла его огнивом.
Прошла по периметру небольшого зала и зажгла светильники. Это было место проведения ритуалов Всесильным Оракулом. Только он мог сюда входить, остальные не имели возможности даже дверь открыть. В центре зала на темном мраморном полу красовалась зловещая пентаграмма, в середине которой располагался круг в пятиконечной звезде. На лучах звезды стояли статуи Богов Великой Пятерки.
«Бери кинжал, — командовал убийца, — режь запястья и окропляй своей кровью узор».
Исполнила все, как было велено, и замерла в ожидании дальнейших указаний.
«Ложись в круг», — поступил новый приказ.
Заняла место в центре пентаграммы, и мгновенно моё сознание покинуло тело. Я вновь парила над землей и смотрела на себя со стороны.
Одна за другой вокруг меня появились призрачные фигуры Богов. Вор, лгун, сластолюбец, злыдень и убийца, — все были в сборе. В страхе сжалась под их суровыми взглядами, а они протянули ко мне руки и начали тянуть энергию. Серебристые нити силы переливались и дрожали, а я горела огнем и ничего не могла изменить или противопоставить моим хозяевам.
Когда потоки энергии иссякли, а нити совсем истончились, Боги убрали руки и зашевелились.
— Энергия есть, но мало, — вздохнул сластолюбец.
— Нужны жертвы, — покачал головой лгун.
— Ясное дело, что нужны, — согласился вор. — Рабов подарили. Осталось только их зарезать.
— Людей мало, — недовольно буркнул злыдень. — Опять будем перебиваться на энергетических крохах.
— Ну, так можно же и по-другому энергию получить, — мерзко ухмыльнулся сластолюбец. — Я всегда готов повлиять на нашу малышку. Тем более что гарем для нее уже собрали.
— Сначала жертвоприношения, — отрезал убийца, — потом все остальное. Учитывая, что сейчас в мире полный бардак, скоро и животных не останется для окропления алтаря. Тогда и будете без устали работать. Научите эту святошу врать, воровать, злиться и предаваться разврату. Не все же мне одному за всех отдуваться. Привыкли на моей шее выезжать.
Я слушала их и понимала, что мне конец. Они просто уничтожат меня, мою суть, мою личность.
— Чего затихла? — с презрением бросил убийца. — О тебе говорим. Слушай внимательно. Ты должна наполнить сосуды водой, затем воду осенить своим благословением и накачать силой. Дальше, раздашь сосуды воинам. Пусть едут во все уголки Гайдерина и смешивают освященную воду с водой в колодцах селений и городов. Люди будут поливать поля, и поить скот только этой водой. Тогда через определенное время на полях снова появятся всходы, а скот перестанет болеть. Наведи порядок в стране и мире. Все должно работать, как единый слаженный механизм.
Боги снова протянули ко мне руки и принялись давить на моё сознание. В следующее мгновение я сделала вдох и открыла глаза. Вокруг меня никого не было видно.
«Ах, да, — снова зазвучало в голове. — Совсем забыл. Венец не снимай. Мы все время должны иметь возможность с тобой общаться».
Слезы горечи, отчаяния и бессилия навернулись на глаза. Ненавижу вас всех! Как же я вас ненавижу!
Поднялась с ледяного пола и уже хотела уйти. Но тут мой взгляд зацепился за статую раба Великой Пятерки. Человекоподобный уродец лежал поодаль и пресмыкался перед властителями мира. И до того мне стало его жаль, что я подошла к статуе и опустилась перед ней на колени.
Когда-то давно я вычитала в одной из книг, что раба звали Диональ. Но эта информация особенно не распространялась, и все его называли просто «раб», упоминая чаще всего вскользь и не придавая особого значения.
— Ну, здравствуй, Диональ, — горько усмехнулась. — Мы с тобой так похожи. Не правда ли? Оба не имеем никаких прав. Оба вынуждены служить. Оба ненавидим. И никому нет до этого никакого дела. Боги получают энергию через меня, через мою кровь и плоть. А как ты получаешь силы?
Статуя была безмолвна и раболепна. Встала, взяла кинжал и полоснула себя по ладони.
— Прими и ты мою кровь, — грустно вздохнула, ведя ладонью по голове и телу раба. — Может, тебе станет хоть немного легче. А мне уже ничего не поможет.
«Оли, Оли, — зазвучал у меня в голове добрый и приятный мужской голос, — как же я благодарен за твою веру и симпатию. Они поддерживали меня все те годы, что ты ходила в храм и каждую службу меня разглядывала. Не с презрением и отвращением, а с теплотой и сочувствием. И даже став Оракулом, и познав всю силу и власть мира, ты не изменила себе. Пожертвовала кровь никчемному рабу, хотя уже падаешь без сил. Спасибо, Оливия. Ты всегда можешь на меня рассчитывать».
«Ты тоже можешь со мной говорить?» — потрясенно спросила.
«Только когда рядом нет хозяев, и у меня достаточно сил для связи с тобой, — отозвался Диональ. — Сейчас пятеро ушли. Ты дала им достаточно энергии. А твоя кровь напитала меня силой. Но скоро она иссякнет, и я не смогу общаться. Поэтому послушай, что я тебе скажу. Венец — это единственный путь высших сущностей к тебе. Надевай его только в случаях крайней необходимости. Иногда ты просто не сможешь без него, ведь Венец дает тебе еще больше сил, и твой дар проявляет себя активнее. Но если его снять, для пятерых ты недосягаема».
«Ты сможешь со мной общаться без Венца?» — с тревогой уточнила.
«Да, — отозвался Диональ. — Но только в этом зале, и только если получу твою кровь. У меня много обязанностей, назначенных сущностями. Я не всегда смогу ответить на твой призыв».
«Что мне сделать, чтобы избавиться от власти Пятерки?» — выпалила не задумываясь.
«Нужно найти Изначальную книгу о сотворении мира, — быстро проговорил он. — В ней все объяснения и знания».
«Где она?!» — закричала.
Но голос затих, и сколько бы я ни проливала кровь на статую, ответа не было. В конец обессилев, сползла на пол и отключилась.
Глава 19
Керана
Венчание подошло к концу, а Оливия так и не появилась. Отец поздравил молодых, пожелал им счастья и вручил заранее приготовленный подарок. Затем мы проводили гостей и проконтролировали, чтобы их отъезд прошел беспрепятственно.
Когда последний экипаж покинул территорию Главного Храма, готова была разрыдаться от облегчения. Всё! Свобода!
— Я к себе, — бросила отцу и направилась в свои покои.
— Так не терпится натянуть штаны? — хохотнул он мне вслед.
— Именно, — кивнула, не сбавляя шага.
В спальне быстро облачилась в привычную одежду и с облегчением выдохнула, почувствовав себя человеком. Теперь нужно выполнить распоряжение Оливии, и можно будет обедать.
Нашла посыльных и отправила с ними сообщения Доминику и Шарису. И что только пришло в голову Оли? Надеюсь, ничего из ряда вон выходящего. Мне хотелось бы держаться от бывшего любовника, как можно дальше.
Время обеда давно прошло, а я все никак не могла найти Оли. Обычно мы кушали вместе в нашем рабочем кабинете или в гостиной ее покоев. Но она, словно испарилась. Тревога никак не отпускала, и я отправилась в Главный Храм. Там я последний раз видела её. Нужно спросить у храмовников, может, они что-нибудь знают.
Зашла в огромный ритуальный зал, где совсем недавно прошло венчание. Но никого из жрецов и служительниц здесь не было. Так, Оливия покинула это место через боковой проход. Проследовав тем же путем, оказалась в узком коридоре. И куда теперь? Направо или налево?
Внезапно уловила слабый стон, кажется, с лестницы, ведущей в подвал. Бросилась туда и потрясенно застыла на месте. Оливия бледная, с темными кругами под глазами лежала на ступеньках в окровавленном платье с изрезанными запястьями и ладонями.