Я обернулась к Нику и еле уловимо кивнула ему. Ирс не должен оставаться на свободе. Стражники помогу его схватить. А позже решим, что делать.
В кабинете отца усадила Оли на диван и потребовала, чтобы она собралась и внимательно выслушала нас. Оливия поначалу слегка удивилась, но быстро осознала, что дело серьезное и дальше уже внимала, ловя каждое слово.
— Что думаешь? — встревожено спросила я.
Оли молчала, невидяще глядя перед собой.
— Я хочу его видеть, — решительно отрезала она. — Пусть сам скажет мне все в лицо.
— Это слишком опасно, — покачал головой отец. — Сейчас Змей заключен под стражу и не может добраться до тебя. Но если он окажется рядом, не факт, что нам удастся помешать ему, исполнить задуманное.
— Я хочу его видеть, — веско роняя каждое слово по отдельности, выговорила Оливия. — Сейчас же.
— Как пожелаешь, — вздохнул отец, поднялся из-за стола и вышел, отдать соответствующее распоряжение.
Через некоторое время четверо стражников ввели Ирса в комнату и замерли у входа. Змей стоял, расправив широкие плечи, и смотрел только на Оли, тщетно пытаясь поймать ее взгляд.
— Оставьте нас, — приказала Оливия, так и не взглянув на него.
— И не подумаю, — решительно отказалась я. — Хочешь с ним говорить? Пожалуйста. Но я буду рядом. Хоть режь, наружу не выйду.
Оли испытующе на меня посмотрела, и не стала возражать.
— Хорошо, — с грустной улыбкой, значение которой я так и не поняла, ответила она. — Так даже проще.
Мужчины вышли, и мы остались в кабинете втроем. Ирс все так же, не шевелясь, стоял возле двери. Я замерла неподалеку, обнажив меч. А Оливия отошла к окну.
— Это правда? — безжизненным голосом тихо задала она главный вопрос.
Ирс лишился самообладания и бросился вперед, но я мгновенно остановила его, приставив меч к горлу.
— Только разговор, — процедила. — Никаких телодвижений.
— Да, — глухо выдавил он, сглатывая.
— Зачем? — снова короткий вопрос.
Змей ответил не сразу, как будто собирался с мыслями.
— Мне отдали приказ, убить пятнадцатого Оракула, — сосредоточенно начал он. — Задача казалась непосильной, и мне стало интересно, смогу ли достичь цели и не попасться. Франк показал нехитрый ритуал, который помог скрыться от Всесильного. И всё прошло идеально. Затем пропал Ник, и я долго его искал, а дальше переправлял в замок рода Толпонир. За это время новый Оракул вступил в свои права, и мне дали новое задание. Я должен был проникнуть в Главный Храм и уничтожить преемника. Но им оказалась ты, Оли.
— Не называй меня так, — перебила его Оливия, морщась как от свербящей зубной боли.
— Я вызвался добровольцем в гарем, — продолжал Ирс. — Таков был наш план. Мне требовалось стать наложником Всесильной и убить ее при удобном случае. Но Оракулом оказалась ты, Оли. Я никогда бы не причинил тебе вреда! Слышишь?
— Я не могу считывать твои мысли и эмоции, — безразлично отозвалась Оливия, все также стоя к нам спиной. — И еще на отборе мужчин была удивлена этим фактом. Теперь мне понятно, почему. Но это ничего не меняет. Понимаешь? Твои слова ничего не меняют. Я тебе не верю. И мне все равно что конкретно ты планировал и почему не сделал. Скоро все закончится. А если не закончится, то меня уже здесь не будет.
Я стояла рядом с Ирсом и, так же как и он, решительно ничего не понимала.
— Кера, — обратилась ко мне Оливия, разворачиваясь и избегая смотреть Ирсу в глаза, — проводи, пожалуйста, Змея. Разговор окончен.
— Нет, Оли! — закричал он, выбивая меч из моих рук и подлетая к Оливии. — Выслушай меня! Ты должна мне поверить! Я говорю правду. Я просто не могу тебе желать зла! Оли, я…
— Довольно! — гневно закричала она, вырываясь из его рук и отскакивая в сторону.
Она прикрыла глаза, сделал глубокий вдох, и вместе с резким выдохом выбросила ладони вперед. Незримая сила обрушилась на нас. Мы с Ирсом упали на колени, пригвожденные к полу, судорожно хватая ртом внезапно исчезнувший воздух.
— Оли, перестань, — чудом выдавила я из себя. — Он того не стоит.
И давление мгновенно исчезло.
— Прости, Кера, — виновато проговорила она. — Я хочу побыть одна. Распорядись насчет Змея сама. Когда все капланы прибудут на территорию Храма, сообщи мне.
Оливия покинула кабинет, а мы так и остались сидеть на полу, постепенно приходя в себя.
— Кера! — ворвался в кабинет Доминик. — Ты как? Что тут случилось?
— Змей слегка вывел Оли из себя, — поделилась я, опираясь на его крепкую ладонь и поднимаясь с пола. — Её лучше сейчас не трогать.
Ник заключил меня в объятия и погладил по голове.
— Чего расселся? — раздраженно бросила Ирсу, высвобождаясь из таких родных рук Доминика. — Топай в камеру. Позже решим, куда тебя девать.
Змей взглянул на меня исподлобья так, что у меня мурашки по спине побежали, а Ник загородил меня собой. Но Ирс не обратил на это никакого внимания. Молча встал, прошел к двери твердой походкой человека, которому нечего терять, и с грохотом захлопнул ее за собой.
— Грын вызгучий! — выругалась, не сдержав эмоций, но тут же покаялась в своей грубости. — Извини. Никак не отучусь от этой дурной привычки.
— Это мелочи, — мягко отозвался Ник, снова обнимая меня и утыкаясь носом в мои волосы. — У нас вся жизнь впереди, чтобы привить тебе манеры утонченной дамы.
— Вот ещё! — возмущенно фыркнула я, с вызовом глядя ему в глаза. — Ни что не заставит меня сидеть дома, вышивать и трепаться о всякой чуши с напыщенными бездельницами, которые по какой-то невообразимой причине, зовутся «леди».
Доминик громко расхохотался, стискивая меня сильнее.
— Я люблю тебя, — неожиданно проговорил он, с щемящей нежностью глядя в глаза. — И мне абсолютно все равно, какие у тебя манеры и как ты одеваешься. Главное, чтобы ты была рядом. Остальное неважно.
Приятное тепло безотчетной близости с родным мне человеком наполнило душу до краев и выплеснулось, вытесняя из головы все посторонние мысли. Мы с Ником с упоением целовались, не в силах остановиться. И это было до того правильно и уместно, что иначе и быть не могло.
— Кхе, кхе, — раздалось за нашими спинами, и мы резко отпрянули друг от друга. — Приятно видеть собственную дочь в объятиях достойного мужчины. Я могу вас поздравить?
— Лоон Артан Тагирас, — церемонно обратился к отцу Доминик, склоняясь, — я прошу руки вашей дочери. Клянусь, любить ее, беречь и защищать.
— Да благословят Боги ваш союз, — сдавленно ответил отец, подходя ближе и обнимая нас обоих. — Я так рад! Вот разделаемся с заговорщиками и сыграем свадьбу!
— Я уже распорядился насчёт необходимых приготовлений, — тут же кивнул Ник.
— Каких еще приготовлений? — опешила, отстраняясь от этих пройдох. — Я еще даже толком не согласилась!
— У тебя будет масса времени, чтобы свыкнуться со своим новым статусом после венчания, — беззаботно отмахнулся Ник.
— Ни за что! — прорычала я этому наглецу назло.
— Извините, лоон, — обратился Доминик к моему отцу, — но нам пора. Нужно кое-что обсудить наедине.
— Увидимся, — махнул на нас рукой отец и пошел за свой письменный стол.
Ник мгновенно подхватил меня, забросил на плечо и потащил к выходу.
— Пусти! — возмущенно заколотила я по мускулистой спине.
А Доминик легко рассмеялся и побежал вдоль по коридору, унося меня все дальше.
Глава 30
Оливия
Дошла до своих покоев и заперлась в спальне. В пустой голове назойливо звенела одна и та же мысль: «Он предал меня».
Умом я понимала, что наши отношения с Ирсом никогда не были ни доверительными, ни душевными, ни теплыми, как между любящими друг друга людьми, однако боль от потери чего-то важного и ценного меньше от этого не становилась. А наоборот, неустанно выворачивала внутренности наизнанку, не давая и минутной передышки.
Бросила походный рюкзак на диван, разделась и отправилась купаться. Нужно сосредоточиться на других, более важных вещах. Передача энергии Богам должна состояться послезавтра. Значит, завтра — крайний срок проведения ритуала. А у меня еще ничего не готово. Хоть бы капланы прибыли вовремя. От этого будет зависеть всё.