– Да, остроумно, – я улыбнулась.
– Это только начало, – Гена подмигнул. – Когда наш ловелас попытался перейти к более активным действиям, виртуальная девушка начала его троллить по полной. Она сделала вид, что у нее «лагает» интернет, и зависала, как бабулька с телефоном, в самый неподходящий момент, например, когда он пытался ее поцеловать. А потом вообще переключилась на виртуальных парней-ботов, у которых был уровень интеллекта как у вареного яйца, и начала им строить глазки прямо на глазах у бедолаги.
Она то зависала, то переключалась на другие аккаунты, а то и вовсе начинала с ним говорить как с другом по сетевой игре, с которым она по ту сторону монитора только что распивала чай.
– Ну, это уже издевательство, – прокомментировала я.
– А теперь самое интересное, – Гена еле сдерживал смех. – В какой-то момент она решила, что пора перейти на новый уровень. Она начала вести с ним диалог о его собственных чувствах, выдавая его мысли и тайные желания, как если бы она читала парня как открытую книгу. Она цитировала его собственные слова, сказанные в порыве страсти, словно он сам стал персонажем причудливой трагедии. И он в ужасе начал думать, что перед ним вовсе не программа, а какая-то потусторонняя сущность.
– Ну, прямо мистика какая-то! – воскликнула я, не в силах сдержать смех.
– В конце концов, – продолжал Гена, – бедный парень в панике выскочил из виртуальной реальности, уверенный в том, что его преследует ненормальная кибер-нежить. Он пытался удалить игру, но она каждый раз появлялась снова, как будто он попал в цифровой хоррор.
– Ну, все, Вика, теперь точно мой кумир! – я восторженно воскликнула.
– Именно, – согласился Гена. – И я думаю, что после этого “замечательного” вечера, парень еще долго будет вздрагивать при упоминании виртуальных свиданий. Так что, можешь поблагодарить Вику за то, что она не дала нашему научному эксперименту превратиться в скучную проверку гипотезы.
– Раз ты смеёшься, значит, простила меня, – радостно сказал Гена, глаза его сияли от облегчения. – Это хорошо, потому что у меня есть для тебя ещё одна новость. Пожалуй, она куда важнее Викиного бывшего.
Я опять напряглась, предчувствуя что-то неладное.
– Что ещё, Гена? Ты пугаешь меня, – мой голос прозвучал неуверенно.
– Не волнуйся, это очень хорошая новость. По крайней мере, я так думаю, – неожиданно смутился он, и я ахнула. Первый раз я видела моего Гену, моего “крокодильчика”, смущенным. Это было так непохоже на него, что я забыла на минуту о своих страхах.
Он продолжал, нервно переминаясь с ноги на ногу: – Пока мы тебя обследовали и проверяли… – я вскинулась, готовая к худшим известиям, – Не волнуйся, всё в порядке, – быстро проговорил он, увидев мою реакцию. – Так вот, мы нашли… – он посмотрел в угол комнаты, и я автоматически перевела туда взгляд. Там стоял самый обычный тубус для чертежей. Это ничего мне не сказало, и я молча ждала продолжения. – Мы нашли, что ты уже немножко беременна. Совсем чуть-чуть, – он выдохнул, словно сбросил тяжкий груз, и его плечи расслабились.
Я ошеломленно молчала, не в силах произнести ни слова. Мозг отказывался обрабатывать эту информацию.
– И как… – прошептала я, едва ворочая пересохшим языком. – Как там мой ребенок? Мы не навредили ему?
– Нет, не волнуйся, – Гена мягко взял мою руку. – С ним всё хорошо. Он очень надежно защищен.
– Есть еще кое-что, – продолжил Геннадий и я почувствовала, что напряжение, которое до этого висело в воздухе, постепенно отпускает его. – Я не думаю, что мы должны выбирать между естественным рождением и искусственной маткой. Я нашел другой путь, который, думаю, устроит нас обоих. Мы вырастим твою собственную матку!
Я удивленно вскинула брови. Это была настолько неожиданная идея, что мне понадобилось несколько секунд, чтобы ее переварить.
– Ты хочешь сказать… – проговорила я, – ты хочешь сказать, что мы можем создать аналог моей матки, используя мои клетки и ткани?
– Да! – воскликнул Гена, воодушевившись. – Это будет не бездушная машина, а часть тебя! Мы сможем вырастить ее в лабораторных условиях, использовав твои собственные клетки. Это будет естественно и безопасно для тебя и ребёнка.
– Он принес тубус и начал раскладывать на моем одеяле чертежи и графики, – нам нужно создать не просто аналог матки, а целую систему, которая будет поддерживать жизнь и развитие плода.