А затем все закончилось, в мир вернулись привычные краски. Оказалось Дворф сорвал с него очки, и работа детектора остановилась. Ноги Филиппа подкосились и он уселся прямо на землю.
За то время пока он глазел на смерчи, малыш уже практически добрался до Вики, которая ползла ему на встречу. Теперь Филипп понимал ее поведение, если она видела все то что и он, то сейчас пребывает в каком-то безумном кошмаре. Ему хотелось взглянуть на загадочные вихри, но он не мог решиться.
Леша сделал еще шаг, и словно провалился вперед. Видимо в этот момент рухнула какая-то незримая стена, и отец кинулся к сыну. Вика же, словно обретя второе дыхание, вскочила и, оттолкнув малыша, кинулась вперед. Александр пропустил ее и подбежал к сыну. Тот сумел удержаться от толчка обезумевшей от страха девушки, и с огромным удовольствием пошел к папе на руки.
Все это произошло очень быстро. Вслед за симбионтами шли двое бойцов, а третьего несли на руках, не ясно живого или мертвого.
— Отходим, — скомандовал Дворф, — все на Землю!
Филипп заметил, что Вику удерживают двое, а она дергается, пытается вырваться. Он вздохнул, подумал что девушка сильно пострадала.
Сам отход напоминал бегство. В последний момент на них снова напали с воздуха, но сама атака была слабой, во всяком случае, по сравнению со всеми предыдущими. Пара бойцов сдерживали напавших тварей, пока остальные, один за другим скрылись в спасительной тьме.
И вот он снова на Земле. Сейчас, в тиши кабинета, он вспоминал о своем приключении и думал, что несмотря на свои ощущения в кармане, ту легкость которую он чувствовал всю их экспедицию, повторять поход ему совершенно не хочется. Все-таки кабинетная работа спокойнее и более безопасна.
Филипп вспомнил задорную веселушку Вику, вздохнул и покачал головой. Стоило вернуться, ее положили на пол, и Дворф снял с девушки шлем. Та уже успокоилась, была молчаливой, безвольной и безучастно смотрела в одну точку.
Их уже ждали, хотя группа вернулась на четыре дня раньше. Раненого бойца унесли, Вика шла сама, но бездумно, словно автомат.
— Хорошая девушка, — Дворф закурил, — надеюсь, выкарабкается.
— Она, что, сошла с ума? — спросил Филипп.
— Сложно сказать. Но шок перенесла изрядный. — Командир вздохнул, — не думаю, что когда-либо сможет выйти в карман снова.
— Часто так бывает?
Дворф посмотрел на него, но ничего не ответил. Махнул рукой и вышел.
В тот вечер они напились. Никто не возражал против присутствия Филиппа, он показал себя с хорошей стороны.
Вику увезли в реабилитационный центр, а бойца, прикрывающего ее в походе, пытались вытащить с того света. Пили молча, говорить не хотел никто, все просто снимали стресс.
Следующее утро началось с кофе и таблетки, знакомой ему по Польше. Как и в прошлый раз, похмелье исчезло без следа.
После того как Филипп привел себя в порядок, он встретился с Клаусом. Тот рассказал, что получил разрешение на поиски исполнителя.
— Будем искать того, кто использовал «Норспеерамонус».
— Решили не ждать эксперта?
— Незачем терять время. Поиски могут затянуться. На контакт выходить не будем пока не приедет Адэхи.
— Адэхи? — переспросил Филипп.
— Да. Он индеец.
-—Уже решили как будем искать?
— Решили. Вероятнее всего он, или она, кого-то спасали от смерти. Не думаю что собой жертвовали ради денег. Спасали мужа или жену, возможно кого-то из родителей, но вероятнее всего ребенка. Судя по досье Липатовой, она умела вешать на людей «печать смерти», это такое, поганое заклятие, сводящее человека в могилу.
Зашла секретарша, неся поднос с чашками и кофейником. Мужчины подождали, пока она покинет кабинет, после чего Клаус продолжил:
— «Печать смерти» ломает тело и психику. Боль, депрессии, страх, кошмары, но с медицинской точки зрения — все в порядке. — Он снова помолчал, делая глоток кофе.
— И ее нельзя снять? — уточнил Филипп.
— Можно, — усмехнулся Клаус, — тот, кто использовал клинок, снял печать. Насчет других способов не знаю. Возможно их и нет.
— Значит, будем искать по больницам?
— Да. Того, кто часто обращался, особенно в несколько разных учреждений, а потом исчез. Это будет не так быстро, тут нет общей базы больных, но мы найдем.