— Садись, — позвала она.
Пока Аманда выезжала за территорию, они молчали. Филипп, честно говоря, не знал что делать дальше. Валькирия ему очень нравилась, и она явно поняла это. А раз уж согласилась на совместные посиделки, значит, не может не понимать, что это уже свидание. А она, между прочим, вполне может работать на отщепенцев, и быть одной из тех, кто убивал Питерских инквизиторов.
Филипп посмотрел на ее профиль, светлые волосы, непроизвольно скользнул взглядом по груди и вздохнул. Ему не хотелось, чтобы Аманда работала на врагов. Очень не хотелось.
— Начнем разговор? — амазонка по-своему истолковала его молчание и вздохи.
— А? Да пожалуй. — Он все-таки расслабился, как бы она на него не действовала, мальчиком он уже не являлся.
— Что там положено говорить, в таких случаях? Спрашивать об увлечениях, работе, бывших или настоящих парнях? — она на секунду отвлеклась от дороги, сверкнув улыбкой.
— Я уже подзабыл, — Филипп поддержал шуточный тон, — лет десять не ходил на свидания.
— Тогда расскажи ты, чем кроме работы увлекаешься?
— В последнее время, похоже, только алкоголем — произнес он после
непродолжительного молчания. Затем вспомнил ночной кошмар, и его передернуло. — И еще подумываю о толковании сновидений.
— А я рисую, — она включила левый поворот и перестроилась. — Еще с детства любила, но сейчас тоже времени не хватает. Мучают кошмары? — спросила без всякого перехода.
— С недавнего времени. — Не стал отпираться он.
— Тебе не повезло. На моей памяти, смэренги появлялись лишь один раз. Давно. И кроме них, там не было ничего особенного. Не было вот такой складки.
— Складки?
— Да. Это то, что мешало группе вернуться к точке выхода.
— Складка, — повторил он, — буду знать, как называется.
— Ну, у всех явлений есть и заумные названия-идентификаторы. — Аманда сбросила скорость, сделала правый поворот, заехала на какую-то полупустую стоянку. Среда, многие гуляки ждут пятницы и на парковке стояли лишь несколько автомобилей.
— Пойдем, мне нравится этот ресторан.
Внутри царил полумрак. Филипп оценил интерьер как готический. Светильники в виде свечей, горгульи на стенах.
Аманду тут явно давно знали. Официант провел их в отдельную комнату, где было всего два столика. Освещение давали небольшие лампы в виде людских черепов.
— Атмосферно тут, — Филипп галантно отодвинул для нее стул.
— Согласна.
— Думал, тебе на работе хватает мистики.
— Просто ностальгия, — пожала плечами валькирия, — и потом, на работе, вот там мистика, а тут забавы. Что пить-то будешь?
— Виски, если в этом заведение, он не подделка.
— Лучше возьми коньяк.
Пока ждали заказ, Филипп молчал, да и Аманда не спешила нарушать тишину. Затем он разлил по бокалам янтарную жидкость и произнес:
— Давай за встречу?
— Давай.
Они выпили. Филипп зажевал лимоном, а девушка отпила вишневого сока.
— Так вот, — продолжила она, — ты, как я говорила, везунчик. Такого сильного противодействия, как у тебя, я еще не припомню. Мы стараемся не лазить в «Фалькар», когда там штормит.
— Не могу сказать, что я счастлив от своего везения.
Официант принес горячее, и пока расставлял тарелки, они снова молчали.
— Зато, теперь знаешь, как это есть в жизни. Многие те, кто не способен перейти грань, почему-то уверены, что мы туда в отпуск отдохнуть ходим.
— Я вообще плохо представлял, что это за место — признался он, снова разливая коньяк.
— Ты хочешь меня напоить? — улыбнулась Аманда.
— Скорее заглушаю воспоминание.
— Да, — она кивнула, как ему показалось с сочувствием, — тебе тоже досталось.
— Мне еще терпимо, а вот Вику жаль.
Девушка помрачнела и произнесла:
— Вика была очень солнечной. Она реально любила и свою работу, и походы в карманы, — Аманда выпила, на этот раз не запивая, — ей пророчилось большое будущее.
— Она не восстановится?
— Честно? Я не знаю. Надежды мало и, кстати, ты тоже за собой следи, — обнадежила Аманда.
— Да уже понял. Кошмары, стремительно развивающаяся мания преследования. — Сказал, и прикусил язык. Ведь он не стал докладывать об этом Клаусу.
— Сам доложишь, если посчитаешь это нужным. — Аманада правильно поняла его сомнение, — я уважаю Клауса, но не шпионю для него.