Сердце забилось быстрее. Ему показалось, что он сейчас поймет то, что видит. Шары, пирамиды, выпуклые и вогнутые многоугольники. А между ними нет ничего. Может это...
Резкое головокружение и боль в затылке заставили аж присесть от неожиданной слабости. Но мелькнувшая мысль не ушла. А может это все миры? Такие как Этания и Земля? Может он действительно влез куда-то в божественную обсерваторию, пустующую из-за выходного дня?
Проклятый снова закрыл глаза и всмотрелся в бездну. Фигуры обретали контуры, и из монотонных становясь разноцветными, а дороги над бездной наоборот, вырисовывались все четче. Тогда он опять решился. Да и чем он собственно рисковал? Упасть? А как можно упасть если тут, похоже, отсутствуют такие понятия как верх и низ, право и лево?
Итак, один шаг и он над бездной. Тропинки извилисты и запутаны, но Проклятый видит, что там, вдалеке, после многочисленных поворотов и развилок, они все стремятся к геометрическим фигурам внизу.
— Может, я так приду домой? — прошептал он. — Вернусь к Ире и Валику?
Сейчас его не интересовало то, что он может быть не прав. Не волновало количество «миров» внизу. Он перестал опасаться, что придет в себя и снова окажется в Этании среди разлагающейся нечисти. Миша собирался пройти над бездной и найти путь домой.
С каждым шагом становилось все проще, реальность вырисовывалась все четче, и Проклятый буквально парил как на крыльях, чувствовал небывалую легкость. Да, он вернется! Он вернется домой!
Обрыв. Тропа буквально исчезла из под ног, привела в тупик. Исчезла и «карта». Выглядело все так, словно кто-то выключил свет и на Проклятого обрушилась темнота. Но это был не возврат в Этанию, он оставался в этой бесконечности.
Миша растерянно озирался. Все вокруг выглядело неправильным, и он даже почувствовал себя обманутым. Оглянулся, убедился что может вернуться, но дальше прохода не было. Только лишь темнота. Но затем в ней что-то появилось.
Он смотрел и смотрел, как нечто обретает цилиндрическую форму, а внутри огромного цилиндра проступают контуры тела. Знакомого тела. Ксана! Он увидел ведьму, по-прежнему заточенную в свою прозрачную тюрьму, из которой он отказался ее освобождать. Глаза Ксаны были закрыты, а в черных волосах появились седые пряди, но в остальном, она не изменилась. И тогда поняв, что больше на этой тропинке ловить нечего, Миша вернулся на плато.
Теперь он видел все, как и прежде. Стоило ступить на плато, как и карта миров если это миры, и тропинки над бездной, все вернулось. Тогда он предпринял вторую попытку, а затем третью. И каждый раз все заканчивалось одинаково. Тьма. Цилиндр с ведьмой. Тупик. Видимо, чтобы пройти дальше и уйти с этого места, ему надо исполнить то, что обещал, в чем поклялся. Его держит обещание данное ведьме, держит прочнее чем цепи. Но он не мог приблизиться к ее темнице, не мог преодолеть эту тьму, отделяющую его от Ксаны.
— Нет! Нет!! — заорал он, — ты не сможешь нагадить мне во второй раз. Я достану тебя! — его крик умер не породив даже эха.
Он долго всматривался в лежащую между ним и Ксаной пустоту. Смотрел сквозь татуировку и с закрытыми и с открытыми глазами. Пытался поверить в то, что стоит захотеть по-настоящему, и он достанет ведьму. Но тьма не рассеивалась.
И тогда он прыгнул к ней, наплевал на то, что прыгает в бездну. А в следующий миг оказался на плато. Несколько секунд он еще мог видеть заточенную Ксану. Затем она исчезла, и Проклятый опять оказался на крае пропасти над картой миров. Близкой и недоступной.
— Сука! — заорал он в полнейшем бессилии, а затем окружающий мир померк, на этот раз по-настоящему.
Он опять валялся на пороге дома в котором его пытались сожрать. Запах прелых листьев ослабел, но еще чувствовался. Светало, видимо тут наступило утро. Он поднялся на негнущихся ногах и покрутил головой. Земля вокруг дома была залита подсыхающей жижей. Ни трупов, ни живых монстров не наблюдалось.
Дрянь которая покрывала его тело и особенно руки, стала тверже, видимо высохла. Он попробовал размять пальцы, и с них посыпались куски грязи. Подул приятный, слегка прохладный ветер. Миша подставил ему лицо, зажмурился, наслаждаясь шелестом листвы. И только через пару минут до него дошло, что он не слышит металлического скрежета, который напугал его в прошлый раз.
Поймал себя на том, что улыбается. На него напали, его спеленали и пытались съесть. Толпа жутких и омерзительных монстров. А теперь они разлагаются под небом, а он живет и здравствует.