Ивори подошел к Горику и дал глотнуть настойки, а затем направился к племяннику ректора. Вайлес увидел, как тот сжался и вдруг закричал:
— Нет! Не надо, пожалуйста, нет, нет!!!
Вот тогда Вайлес успел удивиться. Ксанер может и был подонком, но уж таким явным трусом — никогда. Сейчас же, судя по всему, он готов был лизать сапоги Ивори, а может и что еще похуже.
— Не буду. Можешь встать.
Ксанер медленно отполз, а затем робко поднялся.
— Кому-то расскажешь, и сегодняшняя ночь повторится. Только продлится дект. — добавил Ивори
— Я буду молчать, я...
— Заткнись! — и Ксанер замолчал посреди фразы, словно на него наложили чары немоты. — Пошел вон! — проговорил Ивори, и не дожидаясь ответа вернулся к Вайлесу. Помог ему подняться, а Горик тем временем уже встал сам.
— Сейчас подлечимся основательно, — сказал Ивори, — вам здорово досталось, а «Вазарка», только обезболивает и приводит в чувство.
В этот момент на улице вновь стало многолюдно. Появился патруль, и при виде десятка валяющихся тел, стражники начали брать в полукольцо оставшихся на ногах, а их мечи покинули ножны. Вайлес отметил, что Ксанер уже исчез, и скривился.
— Сейчас порешаю! — Горик сделал шаг к командиру, но сразу остановился. Не стоит провоцировать человека с оружием. — На нас напали, а мы защищались. Мой отец командир Гаррава.
— На колени! Руки за спину! — имя Гаррава не произвело на патрульных особого впечатления.
— На нас действительно напали, — мягко произнес Ивори, и Вайлес передумал пока выполнять приказ патрульного.
— Я сказал на колени! — стражники взяли оружие наизготовку.
Но Ивори приблизился еще на шаг и, как показалось Вайлесу, что-то показал командиру.
— Ой, простите, я... — командир мигомм стушевался и опустил меч. По его лицу Вайлес понял, что их группе больше не грозят проблемы со стражей.
— Все нормально. Лучше позаботьтесь о них — кивнул в сторону тел Ивори, — может кто-то еще живой, а у нас дела.
Идти было тяжело, нога побаливала даже после таинственного зелья. Но они быстро пришли к какому-то помещению. В темноте Вайлес не разобрал что это, хотя подозревал, что обычный жилой дом на окраине.
— Располагайтесь, сейчас придет целительница.
Горик сразу завалился на одну из лавок, а Вайлес стоял и удивлялся, откуда тут взяться целительнице? Но ему стало хуже, и он последовав примеру Горика лег на вторую лавку.
— Ждите тут, — приказал Ивори, — и вышел.
Вернулся он быстро, и не один. Его сопровождал невысокий человек в плаще с накинутым капюшоном. Ивори закрыл дверь, а незнакомец снял капюшон. Темные длинные волосы раскинулись по плечам. Девушка. Она подошла к Вайлесу, и он с нарастающим изумлением увидел небольшую татуировку украшающую щеку и верхнюю часть шеи. Орден «Весталии», судя по татуировке — жрица. Вайлес увлекался изучением опознавательных знаков и татуировок, что дало ему возможность понять, что это за ночная гостья.
Ее пальцы пробежались по лицу и груди Вайлеса, но тот продолжал бороться с изумлением. Если бы сюда пришел сам ректор с извинениями за своего племянника, он бы удивился меньше. Услуги жрица «Весталии», особенно если она приезжала к пациенту, стоили неимоверно дорого. Кем же на самом деле являлся их сокурсник?
— Раздевайтесь, оба.
Голос женщины был тих, но в нем чувствовалась сила. Оба избитых студента разоблачились, оставшись в одних трусах. Целительница снова прошлась по ранам, от ее рук струилась прохлада. Боль, которая уже стала возвращаться, вновь стихла.
Жрица потратила совсем немного времени на осмотр и приступила к лечению. Смазала ушибы, над каждым прошептала короткое заклинание. Затем усадила Вайлеса на лавку и сложила руки над головой. Теперь от ее ладоней шло тепло. Он же полностью расслабился, стал широко зевать и скосил глаза на Ивори, который сидел на одном из стульев с непроницаемым видом.
— Все, — целительница обращалась к Ивори, — пусть выпьют...
Тут широко зевнувший Вайлес не расслышал, что именно им надо выпить, но их спутник кивнул, и встав, произнес:
— Сейчас вернусь, — и вышел вместе с гостьей, которая еще в дверях накинула капюшон и не прощаясь покинула дом.
— Класс, да? — спросил Горик, а затем растянулся на кушетке. — Вот это я называю классным вечером! А Ивори... — Но Вайлес не узнал, что думает Горик об их друге, тот вернулся.