Конечно, Магрес захочет поскорее с ним поговорить, и если чародей сейчас не занят своими высшими делами, то уже ждет его. Проклятый пару минут поразмышлял, что он расскажет, а о чем умолчит, но решил поведать обо всем. Все равно многое уже рассказал Ире, а значит и магу. Значит незачем скрытничать.
Вновь подумал о тварях. Что же их все-таки убило? А еще через пару минут поймал себя на мысли, что очень голоден. Это не могло не радовать, по всей видимости, организм полностью переварил отраву, а теперь хочет закусить чем-нибудь существенным, восстанавливающим.
Но еще минимум полчаса он нежился в горячей воде, попивая вино и ленясь даже встать, чтобы посмотреться в зеркало и проверить насколько отмылся. Руки оставались черными, но пальцы уже слушались как прежде.
Михаил уже совсем было решил выбраться из воды и заказать еду, как дверь в ванную снова приоткрылась.
— Я же попросил! — рявкнул он, — не беспокоить меня! Отравитесь еще.
— Я все-таки рискну, — раздался знакомый голос, и Миша вздрогнул от неожиданности. Кого-кого, а чародея тут он не ожидал увидеть.
— Здрасте, — пробормотал он, поднимаясь. — Мелькнула и пропала мысль о том, прилично ли стоять голышом перед начальством, но почти сразу он пришел к выводу, что неловко будет в любом случае, хоть стой, хоть лежи в воде.
— Я понимаю, что совсем не вовремя, — Магрес внимательно смотрел на Проклятого, — но мне сказали, что ты весь заляпан какой-то грязью. Мне стало интересно, какой именно?
— Ну, э.... да! — глубокомысленно ответил Миша.
Он так и стоял, пока чародей не прикоснулся к его плечу, и не снял немного останков нечисти.
— Да, интересно, — резюмировал Магрес, — ты долго будешь смывать это обычной водой. Думаю, пройдет пару твоих пробуждений. Но времени на это у нас нет. Сейчас тебе принесут одно средство и чистую одежду. Я понимаю, что ты устал, но постарайся все сделать не затягивая, нам не мешало бы еще поговорить.
— Конечно, — попытался поклониться Проклятый.
— Да, — чародей, уже стоял в дверях, — эта дрянь слегка токсична, но за слуг не бойся. У меня их много. Он улыбнулся и закрыл дверь.
— И ведь не факт, что он шутит, — пробурчал Миша, когда за магом закрылась дверь. — А ну и черт со всеми вами! — он снова лег в воду и решил что просто будет плыть по течению, сегодня так уж точно.
Вскоре ему принесли небольшой флакон темного стекла, и одежду. Внутри сосуда оказалась прозрачная, остро пахнущая жидкость. Под ее воздействием грязь начала отпадать кусками. Вскоре он очистил все свое тело, куда смог дотянулся. Подумав минутку, и наплевав на моральные ограничения, он позвал горничную, чтобы помогла отмыть спину.
Покрутился перед зеркалом, и довольный результатом начал одеваться. Без излишней спешки, но и не теряя времени. Незачем заставлять ждать своего благодетеля.
Внутри Проклятый улыбался. Чародей почтил его своим присутствием. Значит ждет, и ждет с нетерпением, даже не стал посылать слуг. «Если бы получал у него зарплату, можно было бы требовать повышения» — подумал он. И снова довольно улыбнулся. В таком месте как Этания, лучше все-таки быть нужным.
Миша не знал, что стоило Вайлесу узнать о его прибытии, как инструктор произвел несколько манипуляций со своим браслетом и послал чародею специальный сигнал. Не догадывался и о том, что чародей в этот момент находился на одном из совещаний, где обсуждались нахлынувшие на Этанию проблемы, а также то, что оба сопредельных с Этанией мира, также испытывают неожиданные трудности и беспорядки. Никто и никогда не скажет Проклятому, что дождавшись очередного перерыва чародей, сославшись на проблемы, возникшие в одной из его башен на границе с мертвой зоной, покинул совещание специально для того, чтобы поговорить с ним.
К слову проблемы, на которые сослался Магрес, были реальными, но занимался ими его сын, и справлялся вполне успешно. Нет, ни о чем таком Проклятый не знал и никогда не узнает, потому что чародей запретил Вайлесу когда-либо рассказывать Мише об этом эпизоде. Чародей был тертым калачом, и ни при каких обстоятельствах не собирался показывать подчиненным свою излишнюю заинтересованность.
***
Двадцать шесть. После кропотливой и длительной работы, после получения списков подозреваемых и многочисленных перепроверок, осталось лишь двадцать шесть непроверенных фамилий. Филипп просматривал списки, отсортированные по алфавиту: Абримсов, Бараненко, Головко, Грищенко...