Стоило ей погрузиться в сказку, как вместе с запретом ушла значительная часть страхов, ушли зажатость и тревога. Словно весь негатив смыло, как смывается грязь первым весенним паводком.
Аня вздохнула. Вчера они поговорили с Ирой, и она объяснила что, к сожалению, девочка не может остаться у нее насовсем. Какие-то глупые законы мешают, да и мама не согласится отдать Аню навсегда.
Насчет последнего у Ани были большие сомнения, но Ира все равно не согласилась. Однако разрешила приходить в гости всегда, когда ей захочется, лишь бы школу не прогуливала. В ценности школы Аня тоже сомневалась, но с Ирой спорить не стала. А про себя подумала, что обязательно решит этот вопрос, и переедет в дом к ведьме. Ведь Валику не помешает старшая сестричка, да и гному Мише вполне может понадобиться ее помощь.
От мыслей о переезде ее отвлек скрип открывающейся двери. Из маминой спальни вышел, нет, не Мойдодыр, а дядя Витя, очередной мамин мужчина. Правда, в отличие от нескольких прошлых, он уже довольно давно жил с ними. Обычно они с Аней не обращали друг на друга никакого внимания, поэтому и сейчас девочка равнодушно скользнула по нему взглядом и снова отвернулась к зеркалу.
Теперь она собиралась снова воспользоваться подаренной косметикой. У девочки был весьма небольшой опыт, но недостаток знаний она восполнила энтузиазмом. Уже несколько раз, малышка подкрашивала ресницы, а затем смывала тушь, и начинала заново свои опыты. Вот и сейчас она наклонилась к зеркалу и от усердия высунула язык. Тщательно и с наслаждением подкрашивала ресницы, не обращая внимания на временного маминого сожителя. И как оказалось, зря.
Виктор пребывал в довольно мрачном расположении духа. Вчера они перебрали, мужчину мучила жажда, от которой и проснулся. Вставать не хотелось, но под рукой не оказалось никакой жидкости и, помучавшись минут десять но так и не уснув, он поплелся на кухню.
Присутствие там падчерицы отнюдь не улучшило его настроения. Он бы предпочел, чтобы эта малолетка куда-нибудь свалила, причем навсегда. Нет, она ему в общем-то не мешала, никогда не лезла ни с вопросами, ни с какой-либо иной ерундой, просто чем-то раздражала вызывая непонятную антипатию.
А сейчас, стоя на кухне и утоляя жажду, он смотрел на нее и вдруг понял, что Аня то, уже подросла. Обычно девочка носила бесформенную старую одежду, и выглядела в ней совсем ребенком, этаким гадким утенком. Но теперь на ней были короткие шортики и футболка. Она склонилась перед зеркалом, и Виктор заметил, что девчонка уже вполне сформировалась, а ноги у нее длинные и стройные.
Он поставил кувшин на стол и вытер неожиданно выступивший на лбу пот. У Марины, матери этой малолетки, два дня назад начались женские неприятности. А до этого он ездил по делам и по правде говоря, соскучился по женской ласке. И вот сейчас Виктор не мог оторвать взгляд от этой мелкой, которая как нарочно наклонилась, да еще и пританцовывала, словно специально дразнила мужчину.
— А ведь она специально, — мелькнула у него мысль. — Ну, конечно, что девка видела хорошего? А тут мужик, видный и успешный. Только и остается, что задницей перед ним крутить.
Подстегиваемый воображением и мыслями о своей мужской неотразимости, Виктор сделал несколько шагов по направлению к девочке, не отрывая взгляд от шортиков в том месте, где они выглядывали из под майки. Затем резко остановился, посмотрел на дверь в комнату, откуда доносился храп Марины, и предусмотрительно закрыл ее.
Девчушка почувствовала, что происходит нечто неправильное. О том, что твориться с сожителем мамы, о мыслях, поселившихся в его черепушке, она не могла даже догадаться. Аня еще не стала девушкой и в сторону мальчиков пока смотрела без интереса. Поэтому понять что движет мужчиной, не могла. Но зато поняла, приближается что-то нехорошее, поэтому выпрямившись, она развернулась в сторону Виктора.
— Привет, — решил он завязать разговор. — Как дела, что в школе?
Если бы Аню начал расспрашивать кухонный стол, она удивилась бы намного меньше. Виктору никогда не было до нее дела, и его вопрос сбил ее с толку.
— Чего молчишь? — он приблизился и замер, провел рукой по своей голове, стараясь пригладить торчащие волосы.
— Нормально, — ответила Аня, не сводя с него внимательных глаз.
— Что делаешь?
Чувство опасности резко усилилось, и Аня решила, что пора ретироваться с кухни. Она сделала шаг к выходу, но Виктор преградил дорогу.
— Куда собралась? — вопрос прозвучал неожиданно резко, и девчушка рефлекторно втянула голову в плечи.