— Минут сорок.
— Боюсь, не довезем, — он положил руку на лоб товарища.
Андреас просто горел, температура у него явно зашла за отметку сорок.
— У нас есть ОВ-12?
— Нет.
— Жаль, дай ему обезболивающее и «Аягу». Может его чем-то отравили?
— Сейчас, подержи ребенка.
Ира наблюдала за манипуляциями похитителей со смешанным чувством удовлетворения и бессильной ярости. Да, одному из напавших очень плохо, и остальные явно не знают, что им делать. С другой стороны, они контролируют ее мужа и сына, обращаются с ними, как с какими-то куклами, а она способна лишь наблюдать.
— Милена, спроси у Проклятого, может он скажет, что с Андреасом? — попросил водитель.
— Вряд ли, — покачала она головой, — ведет себя, как злобный хорек. Да, по правде говоря, и выглядит так же, — и она криво усмехнулась, все-таки переживала за боевого товарища.
— Ну, все-таки попробуй, — ничего же не теряешь.
Давление на спину и попу вдруг исчезло и, полежав пару секунд, Миша рискнул перевернуться на спину. Первое, что он увидел, были огромные синие глаза. Скорее всего, похитительница склонилась над шкатулкой, рассматривая его.
— Привет, — ее слова прозвучали тихо и миролюбиво, — извини за предыдущую грубость, мне показалось, что ты хочешь себя покалечить.
— Нет, — выдавил он сквозь зубы, — я хотел покалечить тебя.
— Извини? Я не услышала, — и она повернула голову так, что теперь Проклятый смог лицезреть ее ушную раковину.
При этом, часть ее волос упало на него, при этом причинив неудобство и затрудняя дыхание.
— Я хотел покалечить тебя, стерва! — проорал он, убрав толстый волос с губ, — теперь слышно???
— Мило, — улыбнулась она, — у вас крайне приятная в общении семья. Расскажи, что случилось с Андреасом? Почему ему плохо?
Она аккуратно, обхватив Мишу пальцами за бока, вынула его из коробки, и поднесла к уху.
— Это чтобы тебе не надо было кричать.
Да, она пыталась быть милой и дипломатичной, но ярость считающего себя униженным Проклятого, была слишком сильна. Он посмотрел на предплечье. Его рана еще не затянулась до конца, и он уже хотел было сунуть туда пальцы, и добавить еще немного своей крови в ухо этой стервы. Но вдруг подумал, что все происходящее может записываться, поэтому не стоит давать похитителям новую информацию.
— Так ты знаешь, почему плохо нашему другу? — повторила она.
— Может из-за того, что он гомик? — язвительно ответил Миша.
Милене понадобилась пара секунд, чтобы понять, что он имел в виду. Это было настолько неожиданно, что она задала совсем не тот вопрос, который хотела:
— Почему гомик?
— Не знаю, зачем он мужиков лапает?
— Послушай, — совладала она с собой, — мы действительно не хотим вам зла. Иначе с вами бы поступили совсем иначе. Зачем сразу портить отношения? Если он умрет...
— То я буду рад, — перебил ее Миша.
Милена перенесла руку от уха к глазам, внимательно рассматривая крохотную фигурку. Нут это все-таки насмешка — необходимость любезничать с этим хомяком! Ей захотелось хорошенько встряхнуть его! Так, чтобы голова безвольно мотнулась из стороны в сторону, а затем слегка сжать бока и посмотреть, как с его лица сползает это вызывающее выражение и меняется гримасой боли и возможно страха.
— Послушай, если он умрет, то отношение к вам может ухудшиться, понимаешь меня? — произнесла она, ни словом, ни жестом не выдав своих мыслей.
— Знаешь, — нагло ответил Миша, хоть ему было сейчас очень неудобно.
Все-таки он находился на огромной высоте, да еще и в тисках. Малейшее ее движение, и парой переломов он не обойдется. Проклятый прекрасно осознавал свою беспомощность, и именно поэтому старался держаться молодцом.
— Если ты думаешь, что это я убил гребанного ублюдка, то ты еще тупее, чем кажешься.
— Ты хамишь? Это из-за страха? — она слегка наклонила голову, рассматривая пленника с легкой улыбкой.
Милена уже полностью овладела собой. Она была профи, что бы поддаться на такую провокацию и выйти из себя.
Миша промолчал, но сильнее оперся руками об ее ладонь, все-таки было неудобно.
— Так ты знаешь, что с Андреасом?
— Нет, но надеюсь, он сдохнет в муках.
— Все-таки правду говорят, что мелкие всегда злобные? — покачала она головой. — Эх, отдали бы тебя мене на перевоспитание....
И поняв, что ничего не добьется, вернула Проклятого в коробку, но на этот раз просто закрыла крышку.
— Как он? — повернулась она, и посмотрела на Андреаса.