Да, это произошло не сразу. Просто потому, что при беглом осмотре дверь оставалась обычной. Но, когда задумавшись, он смотрел на нее дольше обычного, то она вдруг стала меняться. Дверь не исчезла совсем, но стала выглядеть немного иной, причем словами он не смог бы описать эти различия.
Все это было крайне утомительно, и он уселся на упакованые в полиэтиленовый пакет домашние тапочки, радушно оставленные для Иры их гостеприимными хозяевами.
— Медитируешь? — спросила Ира.
— Думаю. Тут точно что-то точно есть, но оно новое для меня.
Вспомнилась Этания. Магрес, как всегда не подвел, и нашел для Проклятого сказочника, а точнее летописца, увлекающегося легендами странников. Это был почтенный муж в летах, много знающий, но при этом, казалось, боящийся собственной тени.
В тот день Проклятый был освобожден от тренировок с Колпесом, и у него было время расспросить историка. Сначала тот нервничал, сбивался и мямлил, но потом разговорился, и с какого-то момента, Михаилу оставалось лишь поддакивать и задавать ему дополнительные вопросы.
Он узнал, что согласно легендам изнанка является чем-то вроде преддверия ада, этакая буферная зона между царством вечного ужаса и обычным миром. И что неосторожный путник, потерявшись там, уже никогда не вернется домой. А еще, изнанка обладает своим, непонятным человеку разумом, и сама решает, как поступить с неосторожным или самоуверенным путником, а незваный, забредший туда, пожалеет о том, что родился.
В целом, изнанка опоясывает все миры, но это не означает, что путешествующий по ней, сможет попасть вообще куда угодно.
В этом месте Миша прервал собеседника, и долго выяснял, что именно имеется в виду, но так ничего и не добился. Все-таки, перед ним был любитель сказок, а не странник.
Сам рассказ переплетался цветастыми оборотами и непонятными фразами, которые, по мнению Проклятого, могли означать что-то важное, но в то же время могли быть и просто словесной шелухой.
Например: что могла означать фраза — «изнанка одновременно бесконечна и помещается в любой капле воды»?
Миша уже даже решил, что вряд ли узнает что-то полезное, но тут старик произнес фразу, которая как-то резонировала с мозгом Проклятого. Он сказал:
— В одном из сказаний утверждается, что на самом деле выход на изнанку есть везде. Любая дверь, любое окно и даже обычная стена, может стать входом в ад. Но оригинальный текст этой легенды, я так и не смог найти. Это был один из переводов сказаний, а они очень часто не точны.
— Зато, написано прямо, — ответил Миша, — без иносказаний. Прямо, но неясно. Ведь может стать входом, а может и не стать.
Они еще немного поговорили, но Проклятый вдруг начал скучать. Тогда он приказал историку записать их разговор, и составить список легенд и сказок, чтобы это доставили в башню. Миша решил, что не полагаться на свою память, а попробовать позже выделить из основной массы шлака рациональное зерно. Может, если будет бежать глазами по строкам, то его посетит озарение? Или интуиция подскажет?
Сейчас, вспоминая этот разговор, Миша чувствовал, как что-то буквально стучится прямо в его мозг, пытается докричаться. Ведь он знает, как отсюда уйти! Должен знать! Но...., не может вспомнить.
— Ира, чего так тихо, Валик уснул?
— Нет. Но он какой-то вялый. Думаю, все-таки та дрянь не была совсем уж безвредной.
— Ну, может он просто набегался с другими детьми? — попытался успокоить он.
— Может. А ты, что-то хотел?
— Да так, проверить кое-что, — и Проклятый приблизился вплотную к двери.
Она была хорошо подогнана, между нижним краем и полом было всего несколько миллиметров зазора.
— Когда я попрошу, открой ее.
Ира кивнула и подошла к двери.
Проклятый же не обратил внимания на действия супруги, он смотрел только на дверь, стараясь поймать волну, которая снова начала меняться. Теперь она посерела и покрылась трещинами так, словно ей была сотня лет. Никаких узоров или еще какой-нибудь мистики..., просто эта новая дверь стала выглядеть, как старая развалина.
— Открывай!
— Я тебя задену.
— Ну, просто приоткрой! — крикнул он, боясь потерять концентрацию.
Ира послушалась, и тихонько повернула ручку, медленно потянув ее на себя. Ей тоже было любопытно, но с другой стороны по-прежнему была ванна, как ей и было положено.
— Ничего, — прокомментировала она.
— Вижу уже.... Пока не сработало. Пожалуйста, закрой ее.
Он сместился так, чтобы встать около ступни жены. Затем снова сконцентрировался, предварительно положив руку на палец ее ноги. Когда дверь состарилась, он повторил просьбу открыть ее. На этот раз, все получилось на ура. Ванны больше не было, точнее, она была, но вряд ли бы там кто-то смог умыться.