На лбу и щеках, Владек, нарисовал сложные символы. Краска, которой он воспользовался, имела резкий, дурманящий запах. Затем он принялся читать заклятие. Язык был совершенно незнаком, хотя и напоминал немецкий. Двое помощников жгли что-то в небольших глиняных чашах, и поднимающийся дым, имел неприятный зеленоватый оттенок. Комната очень быстро заполнилась этим зеленым туманом, и Филиппу начало казаться, что в помещении появляются жутковатые, полупрозрачные тени. Шорохи. Стоны. И не понять, это галлюцинации, или действительно в комнате появилось нечто.
За всем этим, он не заметил, как глаза головы открылись. Они были залиты чернотой, так иногда изображают демонов в фильмах ужасов.
— Кто убил тебя?
— Не знаю. — Ответ раздался прямо в голове. Филиппу было жутковато, но он заставил себя смотреть на голову. Рта та не раскрывала. — Но среди них были симбионты, папа с сыном.
— Им было что-то нужно от тебя?
— Да. Их интересовали имена и адреса инквизиторов.
— Как тебя убили?
— Нож в горло.
— Они использовали какую-то особую магию? — покойник не ответил.
Консигнатор дернулся, начал читать очередное заклятие, но видимо опоздал, а может и не справился. Чернота из глаз головы стала уходить. Одновременно с этим бледные тени, которые Филипп заметил в самом начале в этом дыму, словно наливались цветом. Становились темнее, словно плотнее.
Один из помощников неловко дернулся, выронил чашу, а затем упал и застонал. Помещение заполнил тонкий свист. На гране слышимости, он, тем не менее, был очень неприятным, и Филипп, вдруг почувствовал нарастающую панику.
Сложно сказать чем бы это закончилось, но главный подскочив к голове, быстрым ударом всадил короткий кинжал ей в лоб. Свист прекратился, тени вновь поблекли, а затем исчезли, а консигнатор с трудом поднялся, и встал на негнущихся ногах. Он снял с пояса флягу, жадно припал к ней. С трудом оторвался и крикнул оставшемуся на ногах помощнику:
— Все, зови на помощь! — тот не отреагировал, стоял, покачиваясь с пятки на носок. — Он в шоке, — это уже адресовалось Филиппу, — открой дверь, скажи, что ритуал завершен.
И видимо истратив на приказ все силы, сел прямо на пол, вновь припав к фляге. Филипп сделал все что просили и вышел на свежий воздух. Руки тряслись, тошнило. Видимо из-за дряни, которую использовали в ритуале.
— Зачем я был там нужен? — негромко спросил он у ночного неба.
— Ты новичок. — Оказалось он тут не один. — Все мы проходили через это, если была необходимость в допросе.
— А что случилось с остальными?
— Откат. Все эти игры с памятью мертвых очень опасны. Потому мы и не можем допрашивать всех подряд.
— Честно скажу, вообще не понял, зачем было так рисковать.
— Ты привыкнешь рисковать. А было ли это полезно, узнаем, когда Владек восстановится.
— А кто такие симбионты? — собеседник напрягся.
— Мертвый сказал про симбионтов?
— Да, что они были среди напавших.
— Интересно. Долго объяснять. А в двух словах, симбионты — это новый тип магов. Начали появляться здесь, имеется ввиду на Земле, недавно и мало изучены, да и вообще редки. Обычно это мама и ребенок, реже папа и ребенок, которые вместе, образуют мощную магическую пару, а по отдельности, вроде как обычные люди. — И выбросив бычок, закончил, — думаю нас ждет серьезная заварушка.
Глава 4.1 Аномалия Шаарна
Эту Этанскую ночь Миша провел в собственной кровати. Несмотря на то, что не имело такого уж большого значения то где он засыпает, ему приятно было приходить в себя без сопутствующей чудовищной вони, или боли во всех мышцах из-за неудобного положения тела.
Накануне, он через короткие тропы вернулся из Шаарна. За ним тенью следовало трое сопровождающих, готовых подстраховать Михаила в башне. Раз уж защитные руны, украшающие стены, двери и ставни, определяли Проклятого как угрозу, Магрес не рискнул отпускать его одного. Благодаря бойцам из группы поддержки, он быстро прошел мимо всех знаков.
Короткие пути Михаил открывал сам, это оказалось значительно проще, чем ориентироваться в Солимбэ или вести Иру к лестнице. Единственная сложность была в том, чтобы не оторваться от своей охраны. Ему постоянно приходилось замедлять темп, оборачиваться, периодически останавливаться.