— Обычно?
— Да. Тут тонкие шпионские игры, и много дружеской дезы, вы со временем все узнаете.
— Если доживу, — пошутил он.
— Ну да, если доживете, — повторила Габриэла, оставаясь серьезной. — Киевским филиалом, имеется в виду всеми департаментами организации, управляет Клаус. Он тоже анти-маг, и всегда благоволил инквизиции, являясь преданным сторонником Париса. Так вот, отщепенцы поехали убить его, и переманить магов на свою сторону. И знаете, все были уверены, что у них это получится.
Она помолчала, и Филипп снова не утерпел.
— Но видимо не вышло?
— Нет. Удивительно, но Клаус выстоял. Маги, в итоге, приняли его сторону и головы заговорщиков были присланы нам.
— Головы?
— Да. Это старая, добрая традиция. — По голосу ведьмы было не ясно, шутит она или говорит серьезно. — Для них это был серьезный удар. Двое из убитых были очень мощными фигурами, но самым важным оказалось не это. Все ключевые города блока тогда выжидали кто одержит верх в Киеве. Если бы отщепенцы убили Клауса и разгромили инквизицию, то блок рухнул бы, прямо в руки заговорщиков, по принципу домино. Минск, Питер и Москва переметнулись бы после падения Киева. Наши аналитики уверены в этом на девяносто три процента.
— А так, все сделали вид, что всегда поддерживали Париса?
— Да, примерно так, вот Клаус получил карт-бланш, и его даже перестали проверять. Герой все-таки. Киев продолжил работать, получив массу финансирования и артефакты. Правда и отдача оттуда немаленькая, а Клаус и до этих событий умел получать свое. Но теперь я думаю, мы могли ошибиться. Возможно, все-таки, там победили не мы. Нам просто сдали несколько фигур, и получили свободу действий, а в этом случае, в Киеве нас не ждут с распростертыми объятиями.
— Но ведь они убили, как вы сказали, не каких-то мелких сошек?
— Да, но все равно, слишком много странностей. И то, что в Питере всплыла информация о симбионтах — это еще один камешек на весы сомнений в победе в Киеве.
— А что такого в симбионтах?
— А мы не знаем точно, — она развела руками, — их очень мало и они избегают контакта, просто прячутся. По отчетам из Киева, две пары, а это очень много для одного города, стали работать на организацию. Правда они особыми силами не обладают, но способны сами проходить на блеклые зоны и вести за собой. Этот талант редкий, а везде где есть «карманы» всегда востребованный.
— Ясно. Если в Киеве взяли верх отщепенцы, то и отчеты могут быть ложью.
— Именно так.
— Значит, мы ждем какой-то информации оттуда?
— Нет. Вы чуть позже получите свое задание и будете ему следовать. Все задания готовятся, и сектора ответственности делятся. Это обычная кухня перед боевой операцией. Ну, что же, в любом случае мы пришли и мне пора, — ведьма улыбнулась Филиппу, — может быть есть еще вопросы?
— Нет, — соврал он.
У него был один вопрос, но Филипп побоялся спросить, потому что не был уверен, что ему нужен ответ.
— Что же, тогда до встречи. Я надеюсь, пройдет она при более благоприятных обстоятельствах.
За Габриэлой закрылась дверь, а Филипп остался, чтобы выкурить сигарету.
Он ожидал, что уже вечером появится какая-то определенность, что будет получен приказ, или хотя бы обозначены какие-то сроки. Но еще одиннадцать дней ему пришлось сидеть в гостинице. Иногда пить в компании сотрудников, иногда снимать девочек, париться в сауне или читать материалы по истории «Аусграбуна». Он изнывал от скуки и неопределенности, и когда, на двенадцатый день был получен приказ, испытал невиданное облегчение. Вечером, они вылетели в Киев, всего человек десять. Рейс проходил на обычном самолете, среди кучи пассажиров следующих по своим делам.
Глава 6. Затишье
Потолок. Странно дело, вот сколько раз он приходил в себя в этой комнате, и только теперь, кажется, впервые обратил внимание на то, что потолок тут обычный, белый, без вычурных узоров или какой-нибудь лепнины.
— Вспомнил что-то веселое? — лежащая рядом Ира положила руку на грудь мужа. Она расслабленно улыбалась и чувствовала умиротворение.
Сегодняшнее неторопливое свидание в постели, очень понравилось обоим, и жена старалась не думать о том, что проснувшись, снова станет неудовлетворенной и весьма раздражительной в реальности.
— Да, так, ничего особенного, — Миша почувствовал, что губы, совершенно против его воли, растянулись в довольную улыбку.
— Да ладно, колись давай! — Ира приподнялась на локте, и шутливо толкнула его в плечо.