л на последний короткий путь, отделяющий его от Шаарнских гор. На этот раз он не спешил. Из головы не шли слова чародея о том, что он может находить новые дороги, искать выходы на изнанку там, где их нет, и потому Миша всматривался в горы, зажмуривался и пытался смотреть сквозь правую руку. Ничего! С открытыми глазами он видел те же самые скалы, а с закрытыми только темноту. Вот и знакомый кар. Он со вздохом взглянул на лестницу, ведь снова карабкаться вверх, что тут, что дома. Внезапно накатились усталость и безразличие. - Надоело, - пробормотал он. - Просто заколебался. А затем ему вспомнилась Ксана. Навечно, ну или на очень долго, заточенная в прозрачную тюрьму. И странное дело, это воспоминание вызвало улыбку. Правда совсем не веселую, а скорее злобно-саркастическую. - Ладно, - обратился он неведомо к кому, - будем считать, вы меня убедили, полное бездействие все-таки похуже, чем вот это вот все. Почувствовав вдруг некий прилив сил, он начал карабкаться к Розе. Его сегодняшний переход ничем не отличался от прошлого. Стоило Проклятому пересечь границу круга, как Роза послушно ожила, и черный вихрь принял Мишу в свои объятия. - Посмотрим - посмотрим, - бормотал он, извлекая «Альмагу». Артефакт внешне никак не отреагировал на окружающую обстановку. Ну, или Проклятый банально не мог это понять. Миша покрутил его, и чуть было не уронил, но не заметил ничего необычного. - Ну и пусть, - снова пробурчал он, - может так оно и надо? Может я, просто имею дело с записывающим устройством, а просматривать файлы будут с помощью иного оборудования? Теперь ему надо было решить, чем заняться в этой тишине и пустоте. Просто так погулять среди скал размахивая «Альмагой» ему не хотелось. Постояв пару минут, Проклятый решил, единственное, что ему остается - рисковать. Он уже понял, что обладает некоторой странной силой в этой, неподвластной обычной Евклидовой геометрии, местности. Об этом ему говорили и Ктана и Магрес, а еще он сам убедился в их правоте вчера. Осталось лишь принять этот невероятный факт, и попробовать как-то все это использовать. - Знать бы еще, - прошептал он, - куда я могу прийти? Он постоял еще минутку, а затем поднял правую руку. Как и раньше это сработало. Стоило лишь сделать несколько шагов с закрытыми глазами, как он снова оказался на распутье. Появились знакомый амфитеатр и множество дорог. Миша представил себе речку, кусты, зеленую траву. Он раньше был в похожем месте на Земле вместе с Ирой, и хотел бы там оказаться вновь. Проклятый не был уверен, что может вот так просто попасть на Землю, но где-то в глубине души очень надеялся на эту удачу. И да! Если его мечта вдруг осуществится, то они с Ирой уж как-нибудь придумают, что делать с их двумя телами. Проход он выбрал наобум. Совсем не потому, что захотелось именно этот, а просто по принципу: «а почему бы и нет». Опять вспомнилось вчерашнее путешествие обратно в Шаарн. Он тогда прошел несколько шагов, и при этом казалось, что тропинка завела его в тупик. Она сузилась, почти затерявшись среди скал. А когда он подошел вплотную к тупику, оказалось, что там есть проход. Но есть он только в том случае, если смотреть на скалу сквозь его метку. Эта тропинка изгибалась, но он мог протиснуться между скал. В какой-то момент стало очень тесно, но не успел Проклятый испугаться, как давление камня вдруг исчезло. Открыв глаза, он понял, что вернулся в Шаарн на площадку с Розой, только не вовнутрь круга, а рядом с ним. Само собой, что обратной дороги ведущий к этому таинственному амфитеатру он не увидел. Сейчас - же Миша надеялся, что выберется куда-то еще. Пусть не на Земле, пусть в Этании. Пройдя шагов десять, он зажмурился, повторяя вчерашний ритуал. Оказалось да, это работало. Немного иначе, но явно работало. Окружающая обстановка начала меняться, камень под ногами плавно перетек в чавкающую грязь, на голых скалах появилась какая-то растительность. Даже вечные сумерки, к которым он успел привыкнуть, отступили. Казалось, сделай еще шаг и увидишь Солнце. Тут он вдруг испугался и замер как вкопанный. Пришло ощущение, что еще несколько шагов и он окажется неизвестно где. А ведь пока, он не смог выбраться на изнанку без Розы. Миша открыл глаза, сделал шаг назад, и все исчезло. Он снова был среди голых скал, и тропинка тянулась вдаль, насколько хватало глаз. - Погодите, не спешите так, я вас мигом проглочу, - пробормотал он. - Успею еще побегать, а пока же у меня задание. Так, не торопясь, он исследовал еще несколько ответвлений, но скорее всего из-за его настроя, ведь следующие пять попыток были безрезультатны. Ситуация еще ухудшалась тем, что Миша снова начал испытывать жажду, а бутыль с водой, которую ему благоразумно оставили в рюкзаке вместе с «Альмагой» уже подошла к концу. И когда он возвращался обратно, из пятого ущелья, вдруг понял, что больше уже не видит амфитеатра. Эта тропинка петляла меж скалами, была очень удобной, широкой и бесконечной. Несколько попыток использовать работающий метод - смотреть сквозь плотно закрытые веки на метку, на этот раз не привели к успеху. И тут пришел страх, неприятный, насмешливый и пытающийся зайти в пятки. - Доигрался, страааанник? - протянул он с издевкой. В ответ показалось, что он слышит ехидный голос Ксаны: - Хех, ну что, заблудился в трех соснах? Уже полностью уверовал в свою исключительность? Тогда добро пожаловать в наш дерьмовый мир обратно!!! И тут он побежал. Нет, не сломя голову, и не разбирая дороги. До такого Миша еще не дошел, но побежал он в надежде, что за очередным поворотом окажется знакомый амфитеатр, и он спокойно сможет вернуться в Шаарн. Тут сказали свое слово многочисленные тренировки, и бежать Проклятому было довольно легко. Легко, но и бессмысленно. Спасительный амфитеатр ни показался не через первый поворот, ни через десятый. И теперь страх начал уступать место панике. Нет, мозгами он понимал, что надо остановиться, успокоиться, расслабиться и спасительный путь окажется на расстоянии вытянутой руки. Он понимал это, но ничего не мог поделать. В конце - концов, Миша умудрился споткнуться на ровном месте и, не удержавшись на ногах, ободрал себе руки и лоб. Потом, он некоторое время старался успокоить дыхание, а затем просто лежал уткнувшись в землю, не испытывая ни малейшего желания подняться снова. Отдохнув, Проклятый все-таки заставил себя сесть и, прислонившись к скале, закрыл глаза. Он в итоге решил, что встретит тут земное пробуждение, и будь что будет.