И вот он снова на Земле. Сейчас, в тиши кабинета, он вспоминал о своем приключении и думал. Несмотря на свои ощущения в кармане, насколько лучше он там чувствовал свою вторую часть, пожалуй, повторять поход ему совершенно не хочется. Все-таки кабинетная работа ему больше по душе. Потом он вспомнил задорную веселушку Вику, вздохнул и покачал головой. Стоило вернуться, как ее положили на пол, Дворф снял с девушки шлем. Та уже успокоилась, была молчаливой, безвольной и безучастно смотрела в одну точку. Их уже ждали, хотя группа вернулась на четыре дня раньше. Видимо тут дежурили. Раненого бойца унесли, Вика шла сама, но бездумно, словно автомат. - Хорошая девушка, - Дворф закурил прямо тут, - надеюсь, выкарабкается. - Она, что, сошла с ума? - Напрямую спросил Филипп. - Сложно сказать. Но шок перенесла изрядный. - Он вздохнул, - не думаю, что когда-либо сможет выйти в карман снова. - Часто так бывает? Дворф посмотрел на него, но ничего не ответил. Махнул рукой и вышел. В тот вечер они напились. Никто не возражал против присутствия Филиппа, он показал себя неплохо, можно сказать даже хорошо. Вику увезли в реабилитационный центр, а бойца, прикрывающего ее в походе, пытались вытащить с того света. Пили молча, просто снимали стресс. Следующее утро началось с кофе и таблетки, знакомой ему по Польше. Как и в прошлый раз, похмелье исчезло без следа.
Они встретились с Клаусом, и тот рассказал, что получил разрешение на поиски исполнителя. - Будем искать того, кто использовал «Норспеерамонус». - Решили не ждать эксперта? - Незачем терять время. Поиски могут затянуться. На контакт выходить не будем, пока не приедет Адэхи. Но просто поиск должен быть безопасным. - Адэхи? - Переспросил Филипп. - Да. Он индеец. - Уже решили, как будем искать? - Решили. Вероятнее всего он, или она, кого-то спасали от смерти. Не думаю, что собой жертвовали ради денег. Спасали мужа или жену, кого-то из родителей, но вероятнее всего ребенка. Судя по досье Липатовой, она умела вешать на людей «печать смерти», это такое, поганое заклятие, сводящее человека в могилу. Зашла секретарша, неся поднос с чашками и кофейником. Мужчины подождали, пока она покинет кабинет, и разлив кофе в чашки Клаус продолжил: - «Печать смерти» ломает тело и психику. Боль, депрессии, страх, кошмары, но с медицинской точки зрения - все в порядке. - Он снова помолчал, делая глоток кофе. - И ее нельзя снять? - Уточнил Филипп. - Можно, - усмехнулся Клаус, - тот, кто использовал клинок, он снял печать. Насчет других способов не знаю. Думаю, что их просто нет. - Значит, будем искать по больницам? - Да. Того, кто часто обращался, особенно в несколько разных учреждений, а потом исчез. Это будет не так быстро, тут нет общей базы больных, но мы найдем. В самом расследовании он не собирался принимать участие, больше всего будут задействованы люди из филиала Левицкого и часть оперативников Клауса. И в том, что они найдут исполнителя, немец не сомневался. Его больше интересовало то, что будет потом, а особенно встреча с загадочным экспертом. - Ладно, - пробормотал он, - следующим пунктом знакомство с инквизиторами. Давайте посмотрим, кто вы и как контролируете своих коллег. - И он открыл новый файл.
Аня робко стояла в прихожей. Ира, как только вернулась, сразу заглянула к сыну, но тот спал и она успокоилась. Теперь надо было что-то делать с девочкой, а заодно готовиться к последствиям стычки с подростками. Самих щенков, хотя они могли быть опасны, Ира не боялась, а вот родители могли попортить жизнь. Особенно если с деньгами и связями. - Ну и хрен с ними! - разозлилась она. - Разберусь. - Аня, - она вышла к девочке и постаралась, чтобы голос звучал мягко. - Идем, умоешься. Ты, наверное, голодная? Малышка молча кивнула, но не сдвинулась с места. - Идем, идем - улыбнулась Ира. - Вы фея? - Неожиданно спросила девочка. - Что-то вроде того, - справилась с удивлением Ира. Похоже, она не ошиблась. Малышка обладает силой, только, по всей видимости, не знает, что с ней делать. - Но давай об этом позже. - И поманив Аню, прошла на кухню. На этот раз девочка пошла за ней, не забыв оставить обувь в прихожей. - Иди в ванну, а я пока все разогрею, - прошептала Ира, - только не шуми, ребенок спит. Та кивнула, и вскоре из ванной донесся шум воды. Ира сама не понимала, почему ей так понравилась девчонка. Может из-за того, что она обладает силой? Подобное тянется к подобному? У нее не было ответов, но она сомневалась в этом. Скорее всего, просто хотелось помочь, и главное, сейчас она могла себе это позволить. Раньше, Ира ни за чтобы не связалась с толпой уродов, просто не решилась, стыдливо пройдя мимо. Своя семья дороже. Но не теперь. Аня вернулась на кухню. В ее взгляде оставалась настороженность, но губы впервые тронула улыбка, и Ира отметила, что, несмотря на обноски и плохо расчесанные волосы, малышка - само очарование. - Садись. Ведьма уже разогрела картошку и сделала несколько бутербродов с колбасой. - Спасибо. - Аня не заставила себя уговаривать, не стала отказываться. По всей видимости, была очень голодна. - Ешь, я сейчас вернусь. - Ира заглянула к сыну, затем написала мужу: «У нас пока гости, зайду позже и все объясню», и вернулась на кухню. Аня уже справилась с едой, и с любопытством вертела головой, осматривая кухонное убранство. - А вы одна с сыном живете? - Да. - А сколько ему лет? - Скоро будет два года - улыбнулась Ира. - Здорово, я хотела братика, но маме это не надо. - Она вздохнула. - Почему они тебя обижали? - Они всех обижают, - помрачнела Аня. Ира решила пока не продолжать эту тему, не хотелось портить ребенку настроение. - Тебя искать мама не будет? Когда тебе домой? - Не будет, - махнула рукой девочка, - у нее сейчас дядя Олег живет, он меня не очень любит, так что.... Она не закончила, но Ира все поняла и так. Неполная семья, возможно мать водит мужчин, возможно, живет с кем-то одним, кому Аня мешает. Ничего из ряда вон выходящего, но ребенка жаль. - Пей чай, только подожди немного, пока остынет, - Ира поставила перед ней чашку, - я пока сына разбужу. Она старалась не давать сыну спать весь день, опасаясь, что не уложит ночью. Сейчас, вернувшись в комнату, тихо включила телевизор, и села на край кровати, с улыбкой наблюдая, как малыш посапывает во сне. Затем начала тихо гладить его по спине, пока Валик не стал ворочаться. - Вставай мой маленький, пора просыпаться. Тот сморщился, закрутился, но глаз не раскрыл, а просто развернулся и продолжил спать. Ира продолжила гладить его, теперь уже лоб, и шептать всякие нежности. В конце - концов, Валик возмущенно пискнул, раскрыл глаза, и явно приготовился всласть поплакать, выражая свое возмущение. Мама попыталась взять его на руки, но он выкрутился, крикнул, и вдруг замолчал, смотря куда-то в сторону. Ира проследила его взгляд, и увидела на пороге улыбающуюся девочку. Аня умудрилась войти в комнату абсолютно бесшумно и сейчас робко стояла на пороге, с интересом смотря на малыша. Валик же в свою очередь забыл о том, что собирался всласть повозмущаться тому, что его разбудили, и с любопытством рассматривал нового, незнакомого человека. - Ой, какой хорошенький! - Улыбка озарила лицо девочки, - можно с ним поиграть? - Конечно, - улыбнулась и Ира. - Знакомьтесь, Валик, Аня. Малыш уже почти слез с кровати, когда девочка приблизилась и опустилась на корточки. - Привет! - Пиивет! - Протянул малыш, и потрогал ее за волосы. Ира некоторое время наблюдала за их игрой, и у нее возникла мысль, такая эгоистичная идея, что теперь, при необходимости, ей будет с кем оставить ребенка. Мелькнула и пропала как несвоевременная, мало ли, что малышка ей очень симпатична, да и Валику похоже, сразу понравилась. Доверить ребенка, другому ребенку, да еще и практически незнакомому? Вряд ли она решится на такое. Она глянула за окно, стемнело, и похоже снова начинался дождь. - Ты точно не спешишь домой? - Нет, - беспечно ответила Аня. - Тогда поиграйте немного, я пока на кухню. Девочка кивнула, и взяла Валика на руки. Остаток вечера пролетел незаметно. Ира возилась на кухне, занесла мужу ужин, пообещав, что расскажет о произошедшем в Этании, по дороге из Солимбэ. Периодически проверяла, не появятся ли гости у ворот, но видимо разборки перенеслись. А в том, что они будут, Ира не сомневалась, но хотелось бы попозже по банальной причине, она действительно становилась с каждым днем сильнее. Магрес учил, и учил жестко и эффективно. «Ваатке» служило ключом, на котором, как на фундаменте строились заклинания. И вскоре обещал научить готовить зелье, с помощью которого она могла поставить на жертву маяк для будущего разделения отката. Она вспомнила, как набравшись смелости, спросила: