ницу тропинки пересечь нельзя, на его пути нет стен, и он просто никуда не двигается. Тогда Проклятый решил действовать иначе. С закрытыми глазами границы этих дорожек выделялись четче разделительных линий на шоссе, и он пошел в сторону, стараясь не пересекать их. Карта дорог стала меняться вместе с его продвижением. Тут и там в границах дорог появлялись разрывы наподобие перекрестков, а в стороны то и дело отходили ответвления. Увлекшись хождением по этому гигантскому лабиринту, Миша чуть было не забыл о том, где он находится. Стена приблизилась, и он убедился в этом, стоило поднять веки. Теперь Проклятый мог разглядеть, что и она украшена сложным рисунком. Это место, в котором он оказался, явно было не для людей. Каждую секунду Мише казалось, что от безумия его отделяет тонкая, очень и очень тонкая грань. Стоит понять сложность, величие окружающей обстановки, и это спалит его разум, как свеча сжигает неосторожного мотылька. - Куда же я попал? Может это обзорная площадка самого Бога? Нет ответа. Нет и быть не может. Похоже, что это исключительно его путь. - А может я все-таки умер? - продолжил Проклятый свой монолог. - И сейчас знакомлюсь с самой что ни наесть загробной жизнью? Тишина. Никто не собирался просвещать его или встречать. А потом реальность опрокинулась. Иными словами не описать. Только что он смотрел на вертикальную стену, а теперь увидел, что опять стоит на краю обрыва и смотрит вниз, в бездну. Рисунок до этого украшающий стену, теперь просто парит в воздухе. - Вот теперь я понимаю, что значит всматриваться в бездну. Странно, но страха больше не было. Видимо психика адаптировалась, а может он немного сошел с ума, но Проклятый действительно перестал бояться. Он смог рассмотреть подробнее то, что было внизу. Там все напоминало желе. Словно в огромный чан, заполненный густой и почти прозрачной субстанцией, набросали разных предметов, и они застыли там, погрузившись на разную глубину. Тут были и разноцветные шары, и пирамиды, и просто изломанные, бесформенные куски чего-то. Неожиданно сердце забилось сильнее. Ему показалось, что он сейчас поймет то, что видит. Шары, пирамиды, выпуклые и вогнутые многоугольники. А между ними нет ничего. Может это... Резкое головокружение и боль в затылке заставили аж присесть от неожиданной слабости. Но мелькнувшая мысль не ушла. А может это все миры? Такие как Этания и Земля? Может он действительно влез куда-то в божественную обсерваторию, пустующую из-за выходного дня? Проклятый снова закрыл глаза и всмотрелся в бездну. Фигуры обретали контуры, и из монотонных становясь разноцветными, а дороги над бездной наоборот, вырисовывались все четче. Тогда он опять решился. Да и чем он собственно рисковал? Упасть? А как можно упасть если тут, похоже, отсутствуют такие понятия как верх и низ, право и лево? Итак, один шаг и он над бездной. Тропинки извилисты и запутаны, но Проклятый видит, что там, вдалеке, после многочисленных поворотов и развилок, они все стремятся к геометрическим фигурам внизу. - Может, я так приду домой? - прошептал он. - Вернусь к Ире и Валику? Сейчас его не интересовало то, что он может быть не прав. Не волновало количество «миров» внизу. Он перестал опасаться, что придет в себя и снова окажется в Этании среди разлагающейся нечисти. Миша собирался пройти над бездной и найти путь домой. С каждым шагом становилось все проще, реальность вырисовывалась все четче, и Проклятый буквально парил, как на крыльях, чувствуя небывалую легкость. Да, он вернется! Он вернется домой. Обрыв. Тропа буквально исчезла из-под его ног, закончившись тупиком. Исчезла и «карта». Выглядело все так, словно кто-то выключил свет и на Проклятого обрушилась темнота. Но это был не возврат в Этанию, он оставался в этой бесконечности. Миша растерянно озирался. Все вокруг выглядело неправильным, и он даже почувствовал себя обманутым. Оглянувшись, убедился, что может вернуться, но дальше прохода не было. Только лишь темнота. Но затем в ней что-то появилось. Он смотрел и смотрел, как нечто обретает цилиндрическую форму, а внутри огромного цилиндра проступают контуры тела. Знакомого тела. Ксана! Он увидел ведьму, по-прежнему заточенную в свою прозрачную тюрьму, из которой он отказался ее освобождать. Глаза Ксаны были закрыты, а в черных волосах появились седые пряди, но в остальном, она не изменилась. И тогда поняв, что больше на этой тропинке ловить нечего, Миша вернулся на плато. Теперь он видел все, как и прежде. Стоило ступить на плато, как и карта миров если это миры, и тропинки над бездной, все вернулось. Тогда он предпринял вторую попытку, а затем третью. И каждый раз, все заканчивалось одинаково. Тьма. Цилиндр с ведьмой. Тупик. Видимо, чтобы пройти дальше и уйти с этого места, ему надо исполнить то, что обещал, в чем поклялся. Его держит обещание данное ведьме, держит прочнее, чем цепи. Но он не мог приблизиться к ее темнице, не мог преодолеть эту тьму, отделяющую его от Ксаны. - Нет! Нет! - Заорал он, - Ты не сможешь нагадить мне во второй раз. Я достану тебя! - Его крик умер не породив даже эха. Он долго всматривался в пустоту, не пускающую его к цилиндру, сквозь татуировку и с закрытыми и с открытыми глазами. Все пытался поверить в то, что стоит захотеть по-настоящему, и он достанет ведьму. Но тьма не рассеивалась. И тогда он просто прыгнул к ней, наплевав на то, что прыгает в бездну. А в следующий миг, опять оказался на плато. Несколько секунд он еще мог видеть заточенную Ксану. Затем она исчезла, и Проклятый опять оказался на крае пропасти над картой миров. Близкой и недоступной. - Сука! - Заорал он в полнейшем бессилии, а затем окружающий мир померк, на этот раз по-настоящему. Он опять валялся на пороге дома, в котором его пытались сожрать. Запах прелых листьев ослабел, но еще чувствовался. Светало, видимо тут наступило утро. Он поднялся на негнущихся ногах и покрутил головой. Земля вокруг дома была залита подсыхающей жижей. Ни трупов, ни живых монстров не наблюдалось. Эта дрянь, покрывающая его тело и особенно руки стала тверже, видимо высыхала. Он попробовал размять пальцы, и с них посыпались куски грязи. Подул приятный, слегка прохладный ветер. Миша подставил ему лицо, зажмурился, наслаждаясь шелестом листвы. И только через пару минут до него дошло, что он не слышит металлического скрежета, который напугал его в прошлый раз. Сейчас поймал себя на том, что улыбается. На него напали, его спеленали и пытались съесть. Толпа жутких и омерзительных монстров. А теперь они разлагаются под небом, а он живет и здравствует. - Ну что?! - заорал Проклятый, - съели меня?! Подавились ублюдки! И все подавятся! Все, кто рискнет и тут, и дома! Затем схватил булыжник и метнул в дерево. Камень отлетел от ствола вместо того чтобы погрузиться внутрь. Сила ушла из этих стволов, превратив их в обычные деревья. Да и кустарник, еще вчера казавшийся опасным, теперь выглядел обычным. Он смотрел на лес и вдруг понял, как выйти на изнанку. Это было так просто! Приблизился к лесу, закрыл глаза, вспомнил спокойную тишь изнанки, ее ущелья и скалы, а затем сделал шаг. Все. Открыв глаза Миша убедился в своей правоте, он снова где-то за гранью. Тогда он сел прямо на землю и прислонился к скале. Завтра, уже завтра он вернется к Магресу. Все равно скоро проснется на Земле. Вспомнилась «божественная обсерватория», а может и какая-нибудь серверная, и он вздохнул. Ну что стоило тогда отпустить эту гребанную ведьму. Может он бы был уже дома? Руки, покрытые застывшей слизью и грязью, начали чесаться. А уже в следующую секунду он испытал дикую, просто безумную жажду. Пора! Вернуться, напиться, помыться и отчитаться. Жалко, что фляги, нож, да и весь рюкзак остались в доме погребенные под слоем слизи. А вместе с рюкзаком там осталась и ценнейшая «Альмага». - Блин! Собака! Придется вернуться - произнес он, но в следующую секунду изнанка исчезла. Миша наконец-то проснулся.