Аня крутилась перед зеркалом. Она примеряла футболку, купленную накануне во время их поездки в Чернигов. На лице девочка сияла довольная улыбка. Во время шопинга Аня пусть и не сразу, но сумела побороть некую стеснительность, и они развернулись вовсю. К сожалению, большую часть вещей пока было решено оставить в доме Ирины, но футболку, кофточку, шарфик, красивый браслет на руку и немного косметики Аня принесла домой, и сейчас наслаждалась обновками. То, что у матери могут возникнуть нежелательные вопросы, девочку не волновало, та вчера всю ночь пила и шумела со своим очередным ухажером и вряд ли появиться за пределами комнаты раньше обеда. По правде говоря, Аня бы вообще не возвращалась домой. В доме старшей ведьмы ей нравилось абсолютно все. То, что там она могла ничего не опасаясь погружаться в свою сказку, а Ира не только не ругала ее, но и всячески поддерживала, и старалась чему-то учить. Нравилось кушать всякие вкусняшки с чаем и смотреть телевизор. Она обожала играть с маленьким Валиком, в котором уже видела братика, и любила наблюдать за гномом Мишей. Хотя последнее получалось и не часто. Девочке было очень легко там. В доме Ирины забывались обиды соседских мальчишек и страх перед мамиными ухажерами, но главное было даже не в этом. В тот самый первый день, когда она встретила Иру, когда переступила порог ее дома, девочка вдруг поняла, теперь ее сказка стала реальностью. Теперь ей можно не бояться и не стыдится своей сути. Мать всегда запрещала ей колдовать, даже не колдовать, а даже просто подумать о такой возможности. Ей с детства внушалось, что это плохо, что она должна контролировать себя, и никогда, ни при каких обстоятельствах не использовать свои способности. Мать била ее за каждую попытку ослушаться, унижала, выгоняла во двор, причем такое могло произойти и зимой, и Аня смирилась и поверила в то, что говорила мама. Что-то внутри девочки никогда не соглашалось с этим, но она старалась не слушать этот тихий голосок. А вот стоило ей встретить Иру, и плотину как прорвало. Та сама была колдуньей, жила в своей сказке с мужем-гномом, ничего не стеснялась и никого не боялась. Более того, поговорив с девочкой, Ира спокойно и доброжелательно рассказала Ане что да, есть разные люди. Есть такие как мама и соседи, а есть такие как Аня и Ира. Что не надо стесняться, а уж тем более боятся своей сути, но надо понимать, что в обществе не любят тех, кто отличается от большинства. Поэтому нужно соблюдать осторожность, использовать свою силу аккуратно, осторожно, с пользой и по возможности не вредя тем, кто этого не заслуживает. Ира словно разрешила Ане то, что всегда запрещала мать. И малышка, которая всегда этого хотела, с удовольствием послушалась старшую ведьму. Стоило ей погрузиться в сказку, погрузиться, не оглядываясь с опаской, как вместе с запретом ушла значительная часть страхов, ушли зажатость и тревога. Словно весь негатив смыло, как смывается грязь первым весенним паводком. Аня вздохнула. Вчера они поговорили с Ирой, и она объяснила что, к сожалению, девочка не может остаться у нее насовсем. Какие-то глупые законы мешают, да и мама не согласится отдать Аню навсегда. Насчет последнего у Ани были большие сомнения, но Ира все равно не согласилась. Однако разрешила приходить в гости всегда, когда ей захочется, лишь бы школу не прогуливала. В ценности школы Аня тоже сомневалась, но с Ирой спорить не стала. А про себя подумала, что обязательно решит этот вопрос, и переедет в дом к ведьме. Ведь Валику не помешает старшая сестричка, да и гному Мише вполне может понадобиться ее помощь. От мыслей о переезде ее отвлек скрип открывающейся двери. Из маминой спальни вышел, нет, не Мойдодыр, а дядя Витя, очередной мамин мужчина. Правда, в отличие от нескольких прошлых, он уже довольно давно жил с ними. Обычно они с Аней не обращали друг на друга никакого внимания, поэтому и сейчас девочка равнодушно скользнула по нему взглядом и снова отвернулась к зеркалу. Теперь она собиралась снова воспользоваться подаренной косметикой. У девочки был весьма небольшой опыт, но недостаток знаний она восполнила энтузиазмом. Уже несколько раз, малышка подкрашивала ресницы, а затем смывала тушь, и начинала заново свои опыты. Вот и сейчас она наклонилась к зеркалу и от усердия высунула язык. Тщательно и с наслаждением подкрашивала ресницы, не обращая внимания на временного маминого сожителя. И как оказалось, зря. Виктор пребывал в довольно мрачном расположении духа. Вчера они перебрали, мужчину мучила жажда, от которой и проснулся. Вставать не хотелось, но под рукой не оказалось никакой жидкости и, помучавшись минут десять, но так и не уснув, он поплелся на кухню. Присутствие там падчерицы отнюдь не улучшило его настроения. Он бы предпочел, чтобы эта малолетка куда-нибудь свалила, причем навсегда. Нет, она ему в общем-то не мешала, никогда не лезла ни с вопросами, ни с какой-либо иной ерундой, просто чем-то раздражала вызывая непонятную антипатию. А сейчас, стоя на кухне и утоляя жажду, он смотрел на нее и вдруг понял, что Аня то, уже подросла. Обычно девочка носила бесформенную старую одежду, и выглядела в ней совсем ребенком, этаким гадким утенком. Но теперь на ней были короткие шортики и футболка. Она склонилась перед зеркалом, и Виктор заметил, что девчонка уже вполне сформировалась, а ноги у нее длинные и стройные. Он поставил кувшин на стол и вытер неожиданно выступивший на лбу пот. У Марины, матери этой малолетки, два дня назад начались женские неприятности. А до этого он ездил по делам и по правде говоря, соскучился по женской ласке. И вот сейчас Виктор не мог оторвать взгляд от этой мелкой, которая как нарочно наклонилась, да еще и пританцовывала, словно специально дразнила мужчину. - А ведь она специально, - мелькнула у него мысль. - Ну, конечно, что девка видела хорошего? А тут мужик, видный и успешный. Только и остается, что задницей перед ним крутить. Подстегиваемый воображением и мыслями о своей мужской неотразимости, Виктор сделал несколько шагов по направлению к девочке, не отрывая взгляд от шортиков в том месте, где они выглядывали из-под майки. Затем резко остановился, посмотрел на дверь в комнату, откуда доносился храп Марины, и предусмотрительно закрыл ее. Девчушка почувствовала, что происходит нечто неправильное. О том, что твориться с ее отчимом, о мыслях, поселившихся в его черепушке, она не могла даже догадаться. Аня еще не стала девушкой и в сторону мальчиков пока смотрела без интереса. Поэтому понять, что движет мужчиной, она не могла. Но зато поняла, приближается что-то нехорошее, поэтому выпрямившись, она развернулась в сторону Виктора. - Привет, - решил он завязать разговор. - Как дела, что в школе? Если бы Аню начал расспрашивать кухонный стол, она удивилась бы намного меньше. Отчиму никогда не было до нее дела, и его вопрос сбил ее с толку. - Чего молчишь? - Он приблизился и замер, провел рукой по своей голове, стараясь пригладить торчащие волосы. - Нормально, - ответила Аня, не сводя с него внимательных глаз. - Что делаешь? Чувство опасности резко усилилось, и Аня решила, что пора ретироваться с кухни. Она сделала шаг к выходу, но Виктор преградил дорогу. - Куда собралась? - Вопрос прозвучал неожиданно резко, и девчушка рефлекторно втянула голову в плечи. - Не бойся, - он постарался смягчить ситуацию, - красивая футболка. - Спасибо, - Аня снова попробовал пройти к двери, но он опять встал перед ней. - Хочешь конфету? - Сладкого у него не было, но он не знал как вести себя и что говорить, но помнил, чт