Шли быстро, без сопровождения. Ни эскорта, ни слуг. Стояла неестественная тишина, нарушаемая лишь звуком шагов Проклятого, а Магрес двигался бесшумно. Вот и подъем на скалу. Миша развернулся к чародею и, немного замявшись, произнес: - Магрес, понимаю, что чародеям редко указывают на дальнейшие действия, но я бы попросил остаться вас внизу. Маг некоторое время смотрел на скалу, то ли о чем-то думая, то ли просто скрывая свою злость. Понять что-либо по его лицу было нереально, да Миша и не пытался это сделать. - Хорошо. Проклятый постоял несколько секунд ожидая продолжения, но Магрес молчал. Тогда Миша просто кивнул и полез наверх. Он очень не хотел показывать, что его просто снедали любопытство и нетерпение. За прошедшее время тут ничего не изменилось. Единственным ярким пятном среди окружающей серости была голубоватая руна, украшающая заграждающий камень. Но совсем не руна интересовала Проклятого, все его внимание было приковано к загадочной символике. Этот украшающий розу рисунок был блеклым, едва заметным на фоне окружающего камня, но все-таки виден. Миша обошел вокруг и немного постоял в нерешительности. Не так уж все просто было с этой розой, он чувствовал это. Хотя, если подумать, в его жизни уже было много вещей, к которым подходило такое же определение. Он попробовал посмотреть на рисунок через метку на руке, и на мгновение показалось, что символы начали наливаться светом, но затем вновь потускнели. Вот тогда Проклятый решился. Это как в детстве, когда хотелось прыгнуть с вышки в бассейн, но было страшно. Нужно принять лишь одно решение: оторваться от поверхности и прыгнуть, чтобы не было возврата, чтобы нельзя было передумать. И наконец, краткое ощущение полета, восторг, смешанный с легкой толикой страха и погружение в воду, а затем новая попытка и новые колебания на краю трамплина. Сейчас, в скалах чужого мира, находясь перед чем-то странным и возможно опасным, он испытывал очень схожие сомнения. Ведь необходимо было лишь принять решение и сделать шаг внутрь разукрашенного иероглифами круга. - Давай! - подстегнул он себя. - Ты сейчас в любой момент можешь проснуться, и уже находясь на Земле, успеешь просто умереть от любопытства! А затем, опять очнувшись возле «розы» - уже от запаха! Злость, как это частенько происходило с ним после встречи с Ксаной, подстегнула, ... и он переступил тонкую черту. Сначала ничего не произошло, но постепенно символы стали становиться ярче. Создалось впечатление, что в них была встроена подсветка и теперь скрытый за кулисами невидимый оператор, начал потихоньку увеличивать яркость. Одновременно с этим Миша ощутил легкое покалывание в правой руке и, скосив глаза, он увидел как линии узора покрывающего предплечье, также начинают светиться. - Ну что за спец... - начал он, планируя спрятаться за шутливым тоном от удушливого страха, но в этот момент роза вспыхнула ярким, ослепляющим светом. Проклятый непроизвольно зажмурился, но этот свет легко проникал сквозь закрытые веки, и на минуту ему показалось, что начал сбываться его самый жуткий кошмар связанный с ослеплением. Он начал пятиться, но в следующую секунду потерял чувство направления. Мише показалось, что он поднимается вверх. Вдруг вернулось зрение, несмотря на плотно зажмуренные и для верности закрытые ладонями глаза. Правда, со зрением было что-то неладно. Во-первых, все виделось в зеленом цвете, как в кино показывают работу прибора ночного видения. Во-вторых, Проклятому казалось, что он видит все с высоты птичьего полета, и у него возникло ощущение раздвоения. Как это было тогда, когда в горячечном бреду, он попал в бесконечное здание. Вот перед ним Шаарнские горы, а точнее их часть, лежащая за пределами серых территорий. Они действительно выглядели абсолютно непроходимыми, сплошь усеяны острыми, высокими камнями, между которыми копошится множество змееподобных тварей. Такая безрадостная картина тянулась на многие и многие километры. Возможно, это тоже вариант бесконечности, - подумалось Проклятому и он повернул голову. То же самое - бесконечные скалы, острые камни, небольшие озерца черной жидкости под поверхностью которое нет - нет да угадывалось какое-то движение, и полчища змей. Да, очень негостеприимное место. Тогда он попробовал развернуться и посмотреть туда, откуда приползли болотные монстры уничтожившие Шаарн. Получилось. Миша не чувствовал в полной мере своего тела, но мог управлять своими перемещениями, и стоило всмотреться в какую-либо деталь, как картинка приближалась словно на планшете. Правда, качество картинки было намного лучше, рассмотреть можно все, до деталей. Но вот смотреть оказалось не на что. Бескрайнее болото, с голыми без растительности островками посреди этой жижи, и далее одно и то же. Вдруг в окружающее его зеленоватое свечение, раздражающим диссонансом вклинилось блекло-голубое пятно. Это было слегка неприятно, словно соринка попала в глаз. Миша перевел взгляд на источник этой неожиданной помехи. Руна. Это ее свечение пыталось вклиниться в гармоничное сияние розы. Второй раз магические защитные символы распознали в Проклятом угрозу. Хотя, может и не в нем, а возможно сама Роза была чужеродной для Этании? В любом случае это не имело никакого значения. Миша чувствовал, скорее всего, тем самым пресловутым шестым чувством, что действие руны сейчас лишнее. Поэтому он посмотрел в упор на нее и ощутил мгновенную вспышку боли в глазах, а затем заныло правое предплечье. Еще через секунду свечение руны стало меркнуть и вскоре полностью исчезло. Если бы Проклятый сейчас смотрел как обычно, он бы мог увидеть, как защитная руна просто выцвела и стала словно нарисованная старой краской, а затем полностью исчезла, как на несколько осколков треснул камень и сразу осыпался, открывая вход в зловещюю пещеру. Но Миша видел иначе, в какой-то иной плоскости, и потому не понял, что натворил. Зато стоило ему сконцентрироваться, как взор проник в этот лаз, совсем недавно изрыгнувший волну существ, доставивших столько неприятностей Этанийцам. Он словно скользил по извилистому темному туннелю. Бесконечные развилки, спуски и подъемы. Заблудиться тут было можно на раз, и Миша был рад, что он лишь видит этот лабиринт, а не находится там на самом деле. Поначалу туннель был пуст, а затем Проклятый увидел тысячи яиц. Они лежали на полу, висели на потолке замотанные в паутину, украшали стены. Возможно, через како