Я украдкой, как преступник, огляделась по сторонам. Все были слишком поглощены собственными успехами или борьбой с неудачами. Никто не смотрел в мою сторону. Даже Ариэль была целиком сосредоточена на своем отражении в водном шаре.
Я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в руках, и закрыла глаза, как это делали другие студенты в момент концентрации. Я представила воду в своей чаше. Не просто жидкость, а нечто живое, дышащее, податливое. Я вспомнила ощущение прохладного нектара из Лунных Садов на своем языке, его обволакивающую текучесть, его сладковато-пряный вкус. Я не чувствовала своей тени, не было никакого проводника, никакого канала. Но я попыталась представить, что от меня самой, из самой глубины груди, исходит невидимая нить, щупальце чистой воли, и оно касается поверхности воды, гладкой и неподвижной.
Сначала ничего. Лишь собственное бешеное сердцебиение, отдававшееся в висках. Знакомая волна разочарования и стыда уже начала подниматься внутри меня, и я мысленно приготовилась снова открыть глаза и вернуться к своей роли безмолвного наблюдателя. Но потом... потом я почувствовала нечто.
Это было не тепло и не холод. Скорее... легкая, едва уловимая вибрация в кончиках пальцев, словно по струнам невидимой арфы провели смычком. Ощущение крошечной, живой искры, пробежавшей по моим нервам, короткое замыкание между желанием и реальностью. Я инстинктивно, с отчаянной силой, сконцентрировалась на этом мимолетном ощущении, направила его, как луч фонаря в кромешной тьме, прямо в центр чаши с водой.
И случилось чудо! Я услышала тихий, нежный всплеск и открыла глаза. Над моей чашей, на высоте примерно в ладонь, парила капля. Не шар, не сфера. Всего лишь одна-единственная, размером с горошину, идеально круглая капля чистой воды. Она дрожала в воздухе, переливаясь в свете люстр всеми цветами радуги, и казалась мне в тот миг прекраснее и дороже любого алмаза, любой магической реликвии.
Я не могла дышать. Сердце замерло в груди. Я просто смотрела на нее, на это невозможное, немыслимое чудо, сотворенное мной, Пустой. Моим собственным, пусть и невидимым, «я».
— Смотри-ка, — раздался рядом приглушенный, но отчетливый насмешливый шепот. Это был Марк. — Пустая что-то делает. Воздух, что ли, колдует?
Его обезьяна, на мгновение оторвавшись от своего корявого водяного шара, ухмыльнулась в мою сторону, оскалив желтые клыки.
Капля просуществовала, может быть, две, от силы три секунды. Потом связь — та самая, хрупкая, невесомая нить — оборвалась. Ощущение вибрации в пальцах исчезло так же внезапно, как и появилось, оставив после себя лишь привычную, гулкую пустоту. Капля рухнула обратно в чашу с тихим, ничтожным плюхом, который прозвучал в моих ушах громче любого раската грома. Но этого мгновения было достаточно.
— Мисс Вейн? — мэтр Игнар, привлеченный шепотом или каким-то иным чутьем, подошел ко мне. Его бобр перестал строить свою плотину и с нескрываемым любопытством уставился на мою чашу, словно надеясь обнаружить там нечто интересное. — Что это было?
Вся аудитория, как по команде, оторвалась от своих занятий и уставилась на меня. На этот раз в их взглядах не было привычной насмешки или откровенной неприязни. Лишь недоумение, любопытство и у некоторых — легкая настороженность.
— Я... я не знаю, — честно выдохнула я. Мои руки дрожали так, что я сжала их в кулаки, чтобы скрыть предательскую тряску. — Я просто... попробовала. Как все.
Игнар нахмурился, его брови поползли вниз.
— Без манифестации тени? Этого не может быть. Это противоречит фундаментальным законам магии. Вы, должно быть, просто встряхнули стол или над вами подшутили. — Он бросил взгляд на Марка, который тут же сделал самое невинное и оскорбленное лицо, какое только мог изобразить.
— Нет, — возразила я с неожиданной для самой себя горячностью, вставая. — Она парила! Я это видела! Я это чувствовала! Это была моя воля!
Он покачал головой, и его лицо выражало теперь лишь скептицизм и легкое раздражение.
— Мисс Вейн, вы — уникальный феномен. «Пустота». Контрольный образец. Вы не можете проявлять магическую активность по определению. Это противоречит самой вашей природе. Возможно, вам показалось из-за напряжения. Или, как я уже сказал, это был чей-то не очень удачный розыгрыш. — Он снова посмотрел на Марка, на этот раз с безмолвным укором. — Пожалуйста, не отвлекайте класс. Продолжайте наблюдения.