Уснуть не получалось. Ицвана ворочалась с боку на бок. Мысли тревожили. О таком разнообразии цан, как есть у нее, любая женщина могла только мечтать. Каждый из них был в чем-то хорош, но она хотела, чтобы как у цнаа. Чтобы он и ей понравился и сам любил. Именно любил. А не желал использовать как сосуд для своих детей. Самым идеальным по всем показателям был Четвертый, но он Ицвану откровенно пугал. Страшный. Внешне приглянулся Второй, но его умения были слишком незаметны, наверняка из рабочих. Первый? Хорош, но ничего к нему она не чувствовала. Не стоило забывать и о желаниях самих цан. Не факт, что они беспрекословно выполнят женскую волю и позволят слабому забрать ее себе.
Ицвана нахмурилась недовольно, зло размышляя, с чего вообще вдруг задумалась о таком. Она не собирается возвращаться в цкорт. Не будет запирать себя на всю оставшуюся жизнь в этой клетке. И мужчинам придётся смириться с ее выбором. Высокомерно хмыкнув, она повернулась на бок, стараясь заснуть и отгоняя назойливую мысль, что спрашивать ее никто не будет. Особенно, если она сама не сможет сделать выбор.
***
Акцаки стоял на вершине цкорта, разглядывая колонию. Территорию под цхоры пришлось расчищать от камней, щедро усыпавших эту местность. Но все равно, выросла она быстро – сказались предыдущие, неудачные тренировки. Акцаки уже очень долго ходил со своими цнаа по пустошам, подбирая себе пару. До сих пор все встреченные женщины были отвергнуты, а от последней, как раз и выбравшей его, пришлось бежать, не собрав колонию. Акцаки оправдывал себя, как мог, все же женщины цан весьма специфичны внешне. Крепкое тело для здорового потомства мало кого могло оставить равнодушным. Вот и его не оставляло, вынуждая бежать от потенциально пары быстрее ветра. Иногда он завидовал своим цнаа. Они умудрялись полюбить и таких женщин, переманив в его колонию достаточно много чужих подопечных. Но сам Акцаки так не мог, нет. Он не верил в какие-то чувства от женщин цан. Но и отдавать себя в вечное рабство такой не желал. Если уж и идти в подчинение и услужение, то пусть женщина будет привлекать его. Эта колония оставалась последним шансом. Акцаки поклялся себе: если цан выберет другого, останется здесь и ждать пока подрастет ее потомство. Это позволит пасти пару с самого рождения. Конечно, навряд ли он единственный такой умный, но с его данными шансов на победу больше.
Рассмотреть новую невесту не удавалось. К краю границ она не подходила, пусть и ощупала его по прибытии. А когда он, забывшись, перенасытил пространство собственной энергией и вовсе опалила недовольством.
Колония обзавелась защитой и Акцаки, подражая своим цан – но перед этим удостоверившись, что женщина в хорошем настроении – забрался на ее территорию… и получил. За дело, конечно, но оттого не менее неприятно. Во всем был виноват ее образ – тонкий и высокий – который удалось уловить щупами, именно он заставлял делать глупости в поисках подтверждения.
Набираться храбрости для второй попытки пришлось долго. Решился на такое Акцаки, только залечив ожоги и почувствовав в воздухе запах ее довольства. И действовал тогда аккуратнее. Женщина оказалась терпеливой, не позволив зайти только в детские. То, что Акцаки увидел, стало окончательным проигрышем. Цан была прекрасна: высокая, тонкая со светлыми волосами с голубой искрой и яркими, желтыми глазами. Если женщина его не выберет, он никогда уже не сможет представить себя рядом с кем-либо другим. Возможно только с ее дочерьми.
Акцаки осторожно выпустил жгут, коснулся ее энергии. Цуг-железа сработала, выказывая восхищение, а женщина… сбежала, отмахнувшись жгутами. Чужая сила располосовала грудь и живот, выгнув тело дугой. Хорошо, цра-железа была прикрыта - знал куда идет. По лицу скользнула теплая капля, висок достало лишь кончиком жгута, но и такого хватило. Удержать боль в себе не удалось, следом прорвалась и обида. По энергии скользнуло осторожное касание, оставив привкус неприязни и вызвав недоумение: вот и как это понимать, ведь ничего не сделал, за что?
Акцаки развернулся и медленно побрел в колонию. Спину обожгло, пусть осторожно, но больно, подтвердив, что с женщинами лучше иметь дело на расстоянии. Нехотя перешел на бег. Из-за нее еще и силы лишние пришлось тратить.
К приходу солнца, разобрав, как поступила с ним цан, решил попробовать силы и один из ее поклонников. Остановившись на границе колонии, он хлестал жгутами по цхортам, разбивая и защиту и стены. К счастью, разбегавшихся цнаа противник игнорировал.
На границу Акцаки прибыл раздраженный. Он не любил разборки. Нет, сил у него достаточно и умения позволяли побеждать даже воинов. Династия стража давала много преимуществ. Но предпочитал он решать проблемы мирно. Противник не желал.