– В смысле, одновременно видеть всё на триста шестьдесят градусов?
– В смысле, – карлик поморщился, будто увидел что-то неприятное перед собой, – понять, что твои возможности лежат не в одной плоскости и не ограничены единственным сектором.
– Мозги можно сломать…
– Так, сломай! Ты же не удивляешься тому, что слышишь всё вокруг, звуки приходят и спереди, и сзади, и сбоку, и снизу, и сверху. Что тебе мешает видеть так же? – Старик покачал головой, находясь уже перед собеседником. – До сих пор тебе мешал череп, но теперь его у тебя нет. Пользуйся этим преимуществом и своей удачей!
– Удачей?!
– Конечно! Просмотри на своих прежних соплеменников. До сих пор мыкаются, ограниченные своими примитивными телами с убогими возможностями.
Анатолий попытался осмотреться, найти пятно, через которое снова увидит свою прежнюю команду, но пятен больше не существовало, как и сизого марева. Он висел в пустом, ничем не окрашенном пространстве, а вокруг на разном удалении происходили различные события. Всё, что доводилось видеть раньше и чего ещё не доводилось видеть, но явно имевшее отношение к этому миру, к этой вселенной, было доступно для восприятия. Голова шла кругом. Хотя… шла бы, если бы имелась.
В одной из ближайших зон визуализации, как рыбки в аквариуме плавали молли, в другом месте знакомый боец снова бился с очередными дымовыми монстрами. Дальше, глаз-солнце забавлялся, ныряя в воду и выныривая в небо. Ещё дальше, несколько человек, вооружённых бхуджами, охотились на тигра. Нет, не на тигра, на кимпуруша. Теперь, кажется, понятно, почему пробное воплощение в материальном мире, условно материальном, разумеется, состоялось в образе бенгальского тигра-оборотня. Выбранный, в качестве оружия бхудж, подсказал системе в каком направлении и стиле осуществить трансформацию игрового персонажа.
Анатолия окружало огромное количество одновременно происходящих событий, различные сценарные линии разбегались, сбегались, переплетались причудливым образом и снова разбегались. Вот и его прежняя команда, сидящая у костра и обсуждающая какую-то новую задачу. Похоже, ребята уже немного сыгрались и сплотились. После его гибели, больше никто не выбыл из группы.
Анатолий приблизил к себе эту визуализацию. Всмотрелся и вслушался. Действительно, вначале говорили о грядущей охоте на очередного монстра. А потом переключились на другую тему. Заговорили о нём. Строили догадки, почему их товарищ, первый ушедший на перерождение до сих пор не возродился. Кто-то с унылой иронией предположил, что в этом проекте, возможно, вообще не предусмотрено перерождение, следовательно, и умирать нельзя. Ему возразили, что такая идея быстро провалится. Какой смысл влезать в ролевую игру, зная, что всё может быстро закончиться? А дальше что: начинай сначала? Кому это надо?!
Анатолий, долго не думая, метнулся в эту сферу, где были свои, где был костёр, где был привычный и понятный мир. Языки пламени взлетали над поленьями и гасли в ночном воздухе, окрашивая лица оттенками алого и багряного. Постороннее присутствие никто из команды не ощутил, хоть Толя-призрак и пытался привлечь к себе внимание. Только его усилия оставались безуспешны. Никаких медиумов, способных почувствовать бестелесное существо, среди ребят не было. И не известно, предусмотрены ли такие навыки в этом проекте. Однако… Если есть призраки, должны найтись и способы взаимодействия с ними со стороны обычных персонажей. Или наоборот! Собственно, для чего нужен навык «Контакт», если не для взаимодействия бестелесного существа с теми, кто сидит в традиционных персонажах, для которых дерево твёрдое, вода мокрая, а костёр жаркий.
Толя-призрак сосредоточился на костре, ухватил один уголёк и, как мелом на доске, прочертил в ночном воздухе «я здесь».
– Ребята, – Денис толкнул в бок сидящего рядом белобрысого Сашку, – все видят то, что я?
– Ага, – вместо Сашки откликнулась Настя, – уголёк летает и буквы в воздухе чертит.
– Я здесь, – спросил Андрей, – это кто?
Уголёк быстро пробежал по затейливой траектории, оставив новую надпись: «Анатолий. Я теперь призрак.»
– В смысле, призрак – удивилась вторая из девушек, Алина, – что это вообще всё значит?
– Мы бились с монстром. Я погиб первый. Стал призраком, – Уголёк летал всё проворнее, оставляя новые знаки. – Теперь могу только так пока общаться.
– А как насчёт возрождений, – Сашка
– Нету тут никаких возрождений, не предусмотрено.
– А как же?.. – Недоумевал Денис. – И что потом? Как без респов-то?
– Похоже, – продолжил Толя-призрак, продолжая писать угольком огненные буквы, – что никаких респаунов тут нету. А то, что мы воспринимали, как «ясли», всего лишь прелюдия к «яслям». И я первый сделал шаг в этом направлении.