Мари, смутившись, согласно кивнула.
- И насколько в Хабаровске холодно зимой? – Поинтересовалась Эри.
- Настолько, что сопли на ветру замерзают, - хохотнула Вика, глядя как японки встревоженно переглядываются.
Лиза тоже улыбнулась, но поспешила их успокоить:
- Не настолько. Это больше к Якутску относится. Но все равно очень холодно. Быстро замерзаешь, и долго на улице находиться, неприятно. Поэтому правильно подобрать одежду очень важно. Я до учебы жила в маленьком городе намного южнее Хабаровска. В первую же зиму здесь пришлось поменять все вещи, потому что в них холодно было.
- Понятно. Значит, будем искать, - согласилась Эри, улыбаясь им.
- Всем привет! Извините, что опоздала, - к ним подошла тяжело дышащая из-за бега Ира.
Все в разнобой поприветствовали ее, и быстро собравшись вместе двинулись в сторону остановки.
День они собирались провести все в том же центре: только там в Хабаровске можно было найти все и сразу и не переживать о том, что кому-то захочется поесть китайской кухни, а другому итальянской, сходить в кино или погулять в парке.
К тому же, как Лиза поняла из дальнейшего разговора, японцам хотели показать ночные фонтаны и пруды. Услышав это, она посмотрела на Наоки, который шел чуть впереди, болтая с Кириллом и Сашей.
В автобусе в этот раз свободных мест было значительно меньше, но людей все равно почти не было, и компания распределилась по всему салону. Не заметив, как это произошло, Лиза оказалась рядом с Наоки. Она стояла перед Эри и Мари, которые заняли свободные сиденья возле окон, и периодически посматривали в них, наблюдая за проплывающим мимо городом. Наоки мог занять последнее свободное место в самом конце салона рядом с Кириллом, но вместо этого остался стоять прямо за Лизой. Причем почти впритык. Когда автобус резко останавливался или слишком сильно качался, она чувствовала жар его тела даже через толстые слои их пальто. Иногда до ее незакрытой шеи и участка на затылке доносилось его неровное горячее дыхание.
Лизе сложно было сказать, как они выглядят со стороны, учитывая, что он стоял неприлично близко в полупустом салоне, и оснований для такой близости не было. Она хотела сказать, чтобы он так не делал, но странное теплое чувство внутри не давало ей этого сделать. Эта близость и пугала ее, и была настолько приятной, что хотелось большего. Каждые несколько минут ей приходилось одергивать себя и возвращаться в реальность, стараться не обращать внимания на горячее тело позади нее. Получалось плохо, и она почти сразу же возвращалась к ощущениям, забывая, где и с кем, помимо Наоки, находится.
Так как было обеденное время, они отправились на фудкорт в ближайший ТЦ, чтобы каждый мог выбрать то, что ему понравится. И в этот раз Лиза испытала новое чувство. Сильное, но неприятное в отличие от того, которое возникало, когда Наоки терся о ее спину торсом.
Ревность уколола ее по всему телу, когда она в очередной раз заметила, как Наоки разговаривает с Мари, сидящей за столиком рядом. Сама она села за него же, но напротив. И не потому, что ей так хотелось, а потому что других мест не оставалось.
Парочка японцев выглядела крайне мило. Привлекательный невысокий Наоки с пухлыми губами и большими глазами, носящий светлые рубашки, жилетки и брюки капри, и миниатюрная Мари со вздернутыми носиком и легким розовым румянцем на щеках, которая надевала исключительно вещи пастельных тонов, подчеркивающих ее женственность, могли стать красивой парой.
Лиза непроизвольно осмотрела себя. Сама она была одета в плотный темно-синий свитер с круглым воротом и потертые узкие темные джинсы, прятавшиеся от щиколотки в таких же черных ботинках на плоской подошве: совершенно обычная ничем непримечательная русская девушка. А еще она не пользовалась косметикой, и ярко-красные высыпания на лбу хоть и скрывала рваная челка, все же были заметны, когда волосы раздувал ветер.
К тому же в движениях и манерах Лизы не было никакой женственности и аккуратности. Сама себе она напоминала неповоротливого подростка с задних парт в классе.
Она снова посмотрела на Мари. Та застенчиво прикрывала рот ладошкой, когда улыбалась очередной реплике Наоки. Этот жест показался Лизе настолько милым и уточненным, что она окончательно расстроилась. К тому же японец улыбался подруге открыто и радостно, можно было подумать, что ее компания ему намного приятнее, чем нахождение рядом с Лизой.