- Ой, извини, - мило улыбнувшись, извинилась она.
Японец склонил голову и с акцентом ответил:
- Ничего страшного.
Лиза вытаращила глаза в возмутительном жесте. Ее лицо могли видеть только Алиса и Кира, как и понимать чувства, которые она сейчас испытывала. Кира сделала знак головой, давая понять, что Лизе и Наоки лучше уйти сейчас, нежели сидеть здесь и чувствовать неловкость. Лиза кивнула и обратилась к парню на японском.
- Пойдем пройдемся.
- Зачем? – Удивился он.
- Девочкам нужно готовиться к парам. Завтра уже на занятия, и нужно готовиться.
- А вот как, - ответил он ей на русском, а к Алисе и Кире обратился уже на русском. – Спасибо. Все было вкусно. Надеюсь, нам еще удастся встретиться.
- Вы уже уходите? – Деланно-удивленно поинтересовалась Юля, которая сидела на своей кровати, положив ногу на ногу, от чего короткое цветастое платье сильно задралось, и стала видна линия перехода колготок в шортики.
- Уходим, - спокойно ответила Лиза, стараясь не вкладывать в интонацию негативного смысла.
Они с Наоки начали собираться, Кира и Алиса постепенно убирали со стола, а потом пошли проводить пару до дверей общежития.
- Я думала, она вернется только завтра.
Лиза понимала, что ее вопрос не имеет смысла, так как очевидно, что Юля уже вернулась сегодня.
- Мы все так думали, - ответила Алиса: она своего недовольства и возмущения не скрывала в отличие от подруг, хоть и показывала его только им.
Кира кивнула в подтверждение:
- Она сказала, что останется до 15 из-за дня рождения брата. Видимо, что-то пошло не по плану. Жаль, что нам так скоро пришлось разойтись.
- Это точно, - подтвердила Алиса.
Наоки внимательно прислушивался к тому, что говорили девушки, но понимал не все, так как иногда хмурил лоб, и между его густых и темных бровей появлялась толстая складочка.
- Я не все понял. Что-то случилось? Вы выглядели расстроенными, – заговорил он, как только они с Лизой вышли из общежития.
Лиза не рассказывала, что у них с Юлей не очень хорошие отношения. Причину она понять не могла, и ей начало казаться, что она просто не хотела, чтобы Наоки знал о каких-то ее негативных сторонах и том, что она может не поладить с каким-либо человеком.
Она повыше натянула шарф, который уже покрылся маленькими снежинками, и холодил кожу, и призналась:
- На самом деле, у нас плохие отношения с Юлей. Хоть мы и соседки и живем вместе уже не первый год, но все равно не можем найти общий язык. И она часто делает неприятные вещи. Как сейчас, например.
Наоки внимательно ее выслушал, но ответил не сразу.
- Я просто не очень понял, что произошло…
- Хм… В Японии ведь есть понятие «читать воздух»? – Издалека начала Лиза, и увидев, как Наоки кивнул, продолжила. – В России есть что-то похожее, но более прямолинейное. Для того чтобы это понимать тоже нужно быть внимательным, слушать интонации. Хоть и не всегда. С Юлей просто нужно быть более осторожным. Она многое говорит напрямую, постоянно чем-то недовольна и всегда старается нами командовать. Когда она в комнате, нам нужно делать вид, что нас там нет, чтобы ей не мешать.
Но иногда и она высказывает свое мнение обтекаемо. Например, сейчас, когда она вошла в комнату, то была очень недовольна тем, что мы там едим и болтаем. Она старалась лишь сделать вид, что все в порядке, но ее интонации, жесты и язык тела говорили о другом. Когда она тебя толкнула, например. Это тоже было проявлением недовольства, хоть она и сделала вид, что это случайность. Понимаешь?
- Кажется, да. Я думал, что в России такое встречается редко, и вы все очень прямолинейные и правдивые.
Знал бы он, что даже Лиза не всегда бывала с ним прямолинейна. Она задумалась об этом на секунду. По сути большую часть времени с ним она чувствовала смущение и больше была похожа на застенчивую неуверенную девочку. Отчасти, она такой и была. Но у нее были и более сильные черты, которые вероятно ей еще не приходилось ему демонстрировать, и он принимал за достоверность ее мягкость.
- Даже русские понимают, что прямолинейность не всегда уместна, и умеют притворяться.
- Хорошо. Спасибо, что рассказала.