Завтра она собиралась передать документы на заочный факультет, и уже все решила в своем действующем деканате.
- Уверена, - ответила Лиза и откинулась на спинку стула, сжимая в ладонях пузатую кружку с черным чаем.
В комнате было прохладно из-за того, что Юля занималась спортом, и ей стало жарко, она нараспашку открыла форточку. Соседка собиралась в душ, и Лиза с подругами с нетерпением ждали, когда же она, наконец, уйдет.
Дверь за ней закрылась две минуты назад, и Кира поспешила закрыть форточку. Она поежилась, возвращаясь на место, и натянула на запястья рукава толстовки, чтобы по-быстрее согреться.
- Я знаю, что тебе не нравится учиться, но осталось же доучиться не так уж и много. Уход на заочку может не стать решением проблемы, а наоборот. К тому же в середине года. – Кира пыталась быть голосом разума, тем более что ей в отличие от Лизы нравилась их специальность.
- Да и вообще, лучше же получить диплом очника. – Вставила Алиса. Она была встревожена и даже не прикоснулась к своему угощению и чаю.
- Он у меня и будет как у очника, - ответила Лиза и устало вздохнула. – Я понимаю, что вы обе хотите сказать, но я уже приняла решение и уверена в нем. До конца месяца я еще буду здесь, так как он проплачен, а потом уеду в Находку, к папе. Ему сейчас тоже нужна поддержка.
- Мне кажется, тебе она нужна больше. – Кира смотрела на нее встревоженно, и Лизу это раздражало. Она скорчила гримасу и уткнулась носом в кружку, вдыхая теплый аромат ромашки и шиповника.
- У меня все хорошо, - пробурчала она. - Просто я устала. От всего. И хочу домой.
- А что с Наоки? – Спросила Алиса, и Лиза замерла. Ни то чтобы она не думала, что подруги о нем не спросят, но так и не смогла придумать, что говорить.
- Ничего. - Напряженно ответила Лиза. – Общаемся.
Подруги помолчали, и Лиза поняла, что каждая из них принимает решение спрашивать у нее что-то дальше или нет. И она надеялась, что говорить об этом не придется.
- И все? – Спросила медленно Кира, разбивая ее надежды. – В смысле, просто общаетесь? У вас все хорошо? С вашими отношениями?
- Все нормально, - ответила Лиза, но разворачивать тему не стала, и вновь почувствовала, как ее подруги пытаются принять решение о том, продолжить этот разговор или нет.
- Ты, конечно, не обязана нам ничего рассказывать, но мы волнуемся, - подала голос Алиса.
– Ты странная в последнее время. Понимаю, развод родителей сильно тебя задел, но ты всегда и всем можешь с нами поделиться.
Лизе захотелось расплакаться. Сильно. С надрывом.
Но вместо этого она сказала:
- Я знаю. Просто мне не хочется ничего из этого обсуждать с кем-либо.
Это был ее последний серьезный разговор с подругами до отъезда.
На заочку ее перевели быстро, и ходить на пары Лиза перестала, и только отрабатывала последние недели в кафе перед увольнением. Она уже купила билет до Находки, и обратный брать не планировала. Там ее ждал разбитый разводом отец, и ее подавленное состояние, которое она будет смаковать в одиночестве.
Практически постоянно у Лизы было плохое настроение, и ей хотелось плакать без причины. По выходным, когда не было смен в кафе, она могла не вставать с кровати и тихо плакать, потому что сообщения от Наоки теперь вообще перестали приходить. И все ее вопросы висели тяжелым грузом в их чате. В последние недели она старалась сдерживать себя и не писать длинющие полотна с требованиями объясняться или слезливыми признаниями.
Но так она вела себя только в одиночестве. На людях же продолжала делать вид, что все в порядке. И решение уехать она приняла исключительно потому, что ей надоел университет.
- Не думаю, что в таком состоянии тебе стоит уезжать отсюда, - высказал свое мнение Витя, когда они пошли в кафе, чтобы пообедать и обсудить последние новости.
- У меня нормальное состояние, - огрызнулась Лиза.
- Ну да. Ты себя со стороны вообще видела?
- Каждый день вижу в зеркале, - так же раздраженно ответила она, убрав меню в сторону. Лиза подняла руку, смотря за спину Вити: там маячила маленькая худенькая официантка.
- Значит, тебе пора проверить зрение, - ответил Витя, прежде чем у них начали принимать заказ.