– Не знаю, кто и что тебе сказал, но ты ошибаешься, он не способен на такое – в голосе Вилона не было слышно той уверенности, на которую он сам рассчитывал.
– А ты пойди и спроси его сам – лицо Ивдена исказила гримаса злости и ненависти.
Не сказав больше и слова, он развернулся к лестнице и направился наверх, туда, где находится единственный человек, способный хоть как-то обуять в нем рвущееся желание убивать.
Парлен, проводив его взглядом, развернулся к выходу. Состояние у него было потерянным. Он осознавал, что Ивден не стал бы бросаться обвинениями не знав, о чем говорит и не увидев все сам. Но он отказывался признавать слова Ивдена, не хотел верить.
«А ты пойди и спроси его сам» - фраза вспышкой взорвалась в сознании, и он направился в сторону выхода твердой и уверенной походкой, решив так и поступить.
Поместье «Вилон».
Лидор Вилон сидел в своем кабинете, сидя у камина и изучая документы, когда в дверь постучали и не дождавшись ответа вошел Парлен.
– В чем дело сын? – нахмурился его отец, увидев в каком состоянии он зашел.
Потерянный, весь в сомнениях и переживаниях.
Пройдя в глубь кабинета, подошел к столику с напитками. Прыснув себе в стакан половину, залпом выпил.
– Ивден нашел свидетеля по делу казни наемников, что напали на его родителей – пройдя к креслу, упал в него, посмотрев на отца напряженным взглядом.
– Значит он стал ближе к своей цели – поправив жилет, граф невозмутимо смотрел на сына.
– Скажи – было видно, как трудно Парлену дается этот разговор – Как ты стал одним из членов совета короля?
Тяжелый взгляд отца мог рассказать больше чем его слова.
– Ты причастен к этому? – Парлен буквально вытягивал из себя каждое слово.
У него в голове по-прежнему не укладывалось, что отец мог участвовать в чем-то подобном, да еще и убийство.
Всю жизнь, от родителей, он получал лишь заботу, любовь и тепло. А со смертью матери, из-за несчастного случая, который спровоцировал преждевременные роды, тем самым забрав у нее жизнь, он всегда опекал их с братом вдвойне.
– Когда я был моложе тебя, я встретил твою мать – теплая улыбка коснулась губ графа, вспомнив свою возлюбленную – Она стала всем для меня, моим миром. Но я не имел ни титула, ни высокого положения, в отличии от ее семьи. Всего лишь сын торговца – он горько усмехнулся – И пусть мы были финансово независимы, но мы небыли частью элиты. У нас не было титула и родословной, нашу семью не приглашали на балы, чаепития и другие светские мероприятия. Мы не являлись частью той жизни. Родители Вилесы были негативно настроены в отношении меня. Какими уговорами я только не пробовал склонить их в сторону нашего союза. А когда мы узнали, что она беременна, хотели сбежать. Но они нашли нас, и увезли ее. Даже ребенок не заставил ее семью принять меня.
Парлен сидел и молча слушал, уже зная его ответ, но не перебивал. Ему было страшно услышать подтверждение слов Ивдена из уст отца.
– Когда я узнал, что ее собираются выдать замуж за барона, вдвое старше нее и за кого… – он склонил голову, вспоминая ужас, пережитый тогда – Этот человек был жестоким человеком, избившим до смерти двух своих предыдущих жен. Я не мог согласиться! Тильядин предложил титул, доступ в общество и возможность воссоединиться с твоей мамой и тобой, поручившись за наш союз. Цена была высока, но я это сделал, променял волю на возможность быть с вами. Ему нужно было убрать отца Вилесы с места в совете и заручится поддержкой новым ее членом, кем я и стал.
Подскочив с места, Парлен не знал куда деться.
– Ты был там?! – бормотал он себе под нос, и это был не вопрос, а утверждение – Черт! Черт! – он не знал куда деться.
Расчесав пятерней волосы, повернулся к отцу.
– Женщину и ребенка – он смотрел на него не веря, что перед ним тот любящий отец, отдавший все за детей – И что, даже не жалеешь, что причастен к смерти его родителей?
– Я был молод и желал только одного – власти, чтобы вернуть и защитить вас!
– Но не ценой жизни других людей отец! Это же Ивден. Он же тебе как родной.