Кира плеснула себе в бокал из темной пузатой бутылки, залпом выпила напиток и налила себе еще.
— Достали! — хмуро сообщила она.
— Кто именно? — поинтересовался я.
— Да эти остолопы! — Кира мотнула головой в сторону двери. — Самых простых вещей не знают! Даже в ВЭС войти — и то не умеют! Идиоты… Милена! А ты не хочешь познакомить меня со своим приятелем?
— Да, — механически кивнула Милена. — Это…
— Михаил, — быстро вставил я и ослепительно улыбнулся Кире. — Михаил Груссе.
— Дурацкое имя, — неожиданно заявила Кира и улыбнулась мне в ответ не менее ослепительно. — У вас, в Западной, все имена какие-то дурацкие!
— Извините, что не Симон, — ехидно ответил я, не уточняя, из какой именно Империи я сюда явился.
— Ничего, это бывает, — успокоила меня Кира, усаживаясь в кресло. — Ты уж не обижайся на меня, ладно? Я сегодня ужасно злая! На всех кидаюсь, как собака!..
Кира была вся какая-то красно-синяя: одета она была в рубашку в крупную красную и синюю клетку, завязанную на животе в узел. Короткая юбка была синего цвета. Лифчика, как мне показалось, на ней не было, но я почему-то подумал, что если бы он и был, то тоже красным или синим. Кира плюхнулась в кресло и почти полностью утонула в нем. Из широкой бархатной пасти виднелись лишь ее длинные загорелые ноги, что в сочетании с короткой юбкой выглядело весьма соблазнительно. Кира поймала мой взгляд, усмехнулась и закинула ногу на ногу.
— Как ты, подруга? — Она повернулась к Милене.
— Джудди умерла, — неожиданно ответила та.
— Что?! — Кира вытаращила глаза и подалась вперед. — Как?!
Милена начала рассказывать. Взгляд ее по-прежнему был отсутствующим, и до меня вдруг дошло, что все это время Милену, наверное, поддерживала только надежда на то, что наш визит к Кире Кортес поможет пролить свет на обстоятельства гибели ее сестры. Но оказавшись здесь, Милена поняла, что все надежды были напрасными. И это лишило ее сил.
Голос у Милены был плоским и невыразительным, но в нем я отчетливо уловил рвущиеся наружу слезы. Кира, очевидно, почувствовала то же самое. Она налила Милене полный стакан спиртного и заставила ее выпить все до дна. И тут Милену словно прорвало. Слезы хлынули из глаз, она закрыла лицо ладонями и разобрать, что она говорит, стало очень трудно. Мне пришлось напрягать слух, чтобы из мешанины всхлипов и рыданий вылавливать осмысленные обрывки фраз.
Я не мог помешать Милене ляпнуть что-нибудь обо мне. Но я хотел хотя бы знать, если она это сделает.
Кира утешала ее, поила чем-то, успокаивала как могла. Кипучая натура Киры нашла подходящую точку для своей реализации. И через полчаса Милена успокоилась настолько, что согласилась прилечь.
Кира уволокла ее из гостиной и буквально через пару минут вернулась обратно.
— Бедная девочка, — покачала она головой. — Ты давно с ней знаком?
— Не очень. — Я решил быть честным. Насколько это возможно.
— Вы с ней спите?
— Нет. Я просто ее знакомый. Мы случайно оказались в Каракасе.
— Милена сказала, что тебе нужна ВЭС. — Кира нерешительно поглядела на меня и устало махнула рукой. — А! Ладно уж! Можешь пользоваться бесплатно!
— У меня есть телефонная карточка, — успокоил я ее.
— Тогда пошли, — заключила Кира. — Милена сейчас успокоится и уснет. А я тоже в Сети поковыряюсь. Надо отвлечься…
Одна из дверей в гостиной выходила в длинный коридор, ведущий в ВЭС-клуб. И пока мы с Кирой шли по нему, я лихорадочно обдумывал, как бы мне завести разговор на интересующую меня тему. Но в голове, как назло, не было ни одной дельной мысли. Ладно, решил я. Поболтаюсь немного в «Паутине жизни», может быть, что и придумаю.
ВЭС-клуб представлял собой просторное помещение с низким потолком, вдоль стен которого располагались обычные письменные столы. Перед каждым из них находился довольно неудобный на вид (и не только на вид!..) стул, а на столах помещались ЭВМ. Всего я насчитал девять машин. Все модели были довольно старые, с невысокими скоростями и небольшими объемами памяти. Но все равно такое количество вычислительной техники должно было стоить весьма приличных денег. Я вспомнил, что Милена говорила, кажется, всего о шести ЭВМ. И подумал, что дела у Киры Кортес идут не так уж плохо, если она позволяет себе докупать технику, пусть даже и не новейшую.
Свет в помещении был погашен и темноту разгонял лишь слабенький светильник в углу. Было очень душно и очень накурено. Весь пол был усеян пеплом и окурками, а возле некоторых столов сгрудились небольшие компании пивных бутылок.
— Загадили все! — с возмущением произнесла Кира. Я только сейчас обратил внимание, что обуви на ней не было и женщина шлепала по этому замусоренному полу босиком.
— Ты садись за ЭВМ, а я пока немного приберу этот свинарник, — заявила Кира. — Выпить хочешь?
Я отрицательно помотал головой, выбрал стол в углу под светильником (возле него не было батареи пивных бутылок, да и мусору гораздо меньше) и включил ЭВМ. Пока загружалась операционная система, я продолжал думать о том, что напрасно мы сюда приехали. Кира ворчала у меня за спиной, собирая в большой железный ящик на колесиках пивные бутылки. И я вдруг неожиданно для себя спросил:
— Слушай, а кто такие сетевики?
Металлический дребезг смолк.
— Кто? — переспросила Кира.
В голосе ее мне почудился интерес.
— Сетевики, — повторил я, не оборачиваясь к ней и пытаясь представить себе выражение ее лица. — Слышала о таких?
— Слышала, — уверенно сказала Кира. — И даже два года спала с одним из них.
Я все-таки обернулся и посмотрел на нее.
Кира стояла посреди зала, держа в руке за горлышки сразу три пустые бутылки. Она смотрела на меня с нескрываемым интересом.
— Мой бывший муж, — пояснила она.
— Скотина и импотент?
— Скотина и импотент! — с удовольствием подтвердила она.
— А чем они занимаются? Я имею в виду сетевиков.