Вечер мы закончили тихим чаепитием и начали устраиваться на ночлег. Пришлось лечь впятером в один ряд. Я оказалась рядом с Яном — почти в центре, с другой стороны от меня тихо посапывала Джин.
Я уже знала: Элиан не упустит момента. Так и вышло.
Мы лежали слишком близко. Его пальцы осторожно коснулись моей руки, и, не встретив сопротивления, он крепко сжал её, а затем едва заметно коснулся губами кожи.
— Ты замёрзла? — прошептал он.
— Немного… К вечеру похолодало. А что, руки совсем ледяные?
Я вдруг испугалась, что ему неприятно ко мне прикасаться.
— Да. Давай… погрей ноги об мои.
— Забавно придумал, — тихо усмехнулась я. — Последний раз так делала, когда маленькой спала с мамой.
Его тело было удивительно тёплым, почти обжигающим.
— Ты сегодня была очень красивой, — прошептал он. — Мне понравилось, как ты днём убирала волосы.
— Спасибо… — я задержала дыхание. — Нам нужно тише. Ребята могут проснуться. Давай спать.
Я закрыла глаза, но спустя пару часов беспокойного сна всё же вернулась в обычную позу — так было безопаснее, чтобы никто ничего не заподозрил.
Утром мы собрали вещи и отправились обратно в город. Ян выглядел по-настоящему довольным — он говорил, что вечер удался и что сюда обязательно стоит вернуться ещё раз.
Нас высадили у озера.
— Нина, — начал Ян, — я сейчас говорю без упрёков и обвинений… Но между тобой и Элианом что-то происходит, да? Во время его появлений у меня остаются обрывки ощущений. И я понимаю: его стремление быть в моём теле связано с тобой.
Я вздохнула.
— Врать нет смысла. Да. Всё именно так, как ты чувствуешь.
— И что теперь делать?
— А что нам остаётся? Мы оба понимаем, что между мной и Элианом всё изначально обречено. И прежде всего я обещала помочь тебе. Теория работает — значит, нужно идти дальше.
— А ты… сможешь с ним попрощаться? Правда сможешь просто закрыть на всё глаза?
— Ян… — голос дрогнул, к глазам подступили слёзы. — Ты правда думаешь, что сейчас это самый важный вопрос? По-моему, не на моём месте стоит об этом задумываться.
Я развернулась. — Пока.
Я пошла вдоль озера к дому, торопливо вытирая слёзы — от обиды, от бессилия и от несправедливости этого мира.
Школьные дни снова потекли привычной чередой. Элиан почти не появлялся рядом со мной — и это было ожидаемо после того разговора.
А тем временем приближался самый известный праздник нашего городка — Хэллоуин.
Началась суета: распределяли обязанности между классами — кто готовит угощения, кто пишет сценарий, а кому достаётся самое хлопотное — украшение зала.
Мистер Генри доверил эту задачу мне и Люсии.
Это был провал.
Он велел собрать ребят с каждой стороны… но Макс уехал к семье за несколько дней до праздника, Джин приболела. Люсия, разумеется, заверила мистера Генри, что со своей стороны она всё организует. Только я прекрасно знала: если есть шанс что-то испортить — она им обязательно воспользуется. Особенно если можно подставить кого-нибудь.
Мне оставалось лишь надеяться на лучшее. И, по сути, кроме Яна, звать на помощь было некого.
Зал.
День украшения зала начался с тревожного предчувствия. Я стояла у входа в актовый зал, сжимая в руках список дел, который мы с мистером Генри составили накануне. Гирлянды, ткань, искусственные тыквы, свечи-муляжи — всё это ждало своего часа в кладовке. Оставалось только собрать людей.
Люсия появилась позже всех. Она окинула зал быстрым, оценивающим взглядом и улыбнулась.
— Слушай, Нина, — протянула она, — тут такое дело… ребята с моей стороны не смогут прийти. У кого работа, у кого репетитор. Да и я сама, если честно, не рассчитывала на такой масштаб. Ты же у нас ответственная, справишься?
Я опешила.
— Подожди, как это «не смогут»? Мы же договаривались. Генри ждёт результат сегодня.
Люсия пожала плечами.
Я прекрасно знала , что ей все равно на праздник , на других людей и на наказание , которое она получит после от Генри. Все , что ей нравиться доставлять людям неприятности, это питает ее, а все остальное этому мерзкому человеку чуждо.
Она наклонилась ближе и тихо добавила:
— Не переживай, если что — скажешь, что не справилась. Это ведь ты у нас главная.
Я осталась одна посреди огромного зала. Хотелось просто сесть на пол и расплакаться, но внутри поднялось другое чувство — упрямое, тяжёлое. Если я сейчас уйду, подведу всех, кто ждет праздник, ведь он уже завтра вечером.
Я достала телефон и написала Яну короткое сообщение.
«Мне нужна помощь. Очень».