— Надеюсь, у неё не отображаются посещения профиля, а то подумают, что я какой-нибудь мошенник или маньяк.
— Ну почему… за маньяка вполне сойдёшь, — на его лице растянулась ехидная улыбка.
Я слегка ударила его в бок и взъерошила волосы.
— Значит, у неё всё хорошо… Это славно.
— Что же теперь? Ты покинешь это тело? — взволнованно спросила я.
— Да. Думаю, завтра нам придётся проститься.
Я ничего не смогла ответить. Да и слова были бы лишними. Я не имела права уговаривать его остаться.
Слёзы сами покатились по щекам.
— Ну же, котёнок. Не плачь. А то завтра, оставляя тебя здесь и глядя на твои заплаканные глаза, моё сердце разорвётся, и я умру во второй раз, — сказал он, слегка перебрав с артистизмом.
Это немного рассмешило меня.
— Улыбка тебе больше к лицу.
Он навис надо мной. Я почувствовала его дыхание сначала на шее, затем у губ. Экран компьютера всё ещё мигал на столе, освещая комнату холодным голубоватым светом. Его прикосновения были нежными — не такими, как обычно.
На следующий день я отбилась от Джинни с Максом и подошла к Яну. Он уже всё понимал.
— Привет, Ян. Думаю, прощальную церемонию лучше провести в парке…
— Да, согласен. Там сейчас как раз мало народу… — он смотрел на меня с тревогой, будто ему было стыдно за всё произошедшее.
Школьный день прошёл как в тумане. За обедом я не смогла съесть ни кусочка , всё время казалось, что меня вот-вот вырвет.
Попрощавшись с ребятами, мы с Яном молча направились к парку.
Остановившись у качелей, я стала всматриваться в его лицо, ожидая той самой перемены во взгляде в последний раз.
— Вот и всё, — сказал Элиан. — Спасибо тебе, Нина. Пусть иногда я был несносным, но ты всегда терпела меня. Ты — лучшее, что могла подарить мне судьба. И ты всегда будешь лучшей, со мной или без. Ты замечательная девушка: нежная, красивая, иногда строгая, но очень справедливая и ответственная. Всегда помни о своей внутренней силе. Я не буду просить тебя помнить обо мне, ведь понимаю, что эти воспоминания могут причинить боль. Поэтому просто желаю тебе обрести счастье.
Ком в горле не позволял выдавить ни слова. Я лишь резко кивнула. Он стоял передо мной, какой-то волшебный и невероятный. Наконец-то я смогла увидеть его не в облике Яна, а таким, каким он был на самом деле.
Элиан распахнул руки для объятий. Я уже чувствовала, как он начинает исчезать, и, поддавшись лёгкому толчку, шагнула вперёд. Он крепко прижал меня к себе .И… растворился.
Мы повалились на землю, а когда я пришла в себя, подо мной лежал Ян.
Я смогла только растерянно взглянуть на него и побежать в сторону дома, даже не попрощавшись.
После
Дни тянулись монотонно. В первую неделю мне удалось соврать, что я заболела. Эти дни я провела в слезах, почти не поднимаясь с кровати.
Ян и Джинни приходили, но я попросила родителей говорить, что у меня лихорадка, и не впускать никого.
Дольше скрываться было невозможно, поэтому в понедельник я вернулась в школу. Ребята встретили меня радостно.
Я сразу рассказала Джин обо всём, что произошло. По её глазам было видно, что она верит мне безоговорочно. Только ей немного обидно, что я не поделилась с ней раньше.
Ян старался подбадривать меня. Их забота была по-настоящему ценна.
Я не смогла сдержать обещание, данное Элиану, — не думать о нём.
Руки сами потянулись к компьютеру, и я снова листала страницу его сестры, вглядываясь в каждую мелочь, будто там мог скрываться ответ.
В графе «Возраст» стояла цифра — 27.
Значит, Элиан умер не так давно. По крайней мере, точно в этом году.
В информации профиля была указана электронная почта. Личные сообщения оказались закрыты, а с того момента, как мы вместе просматривали страницу, Ника больше не появлялась онлайн.
В моей голове родилась глупая идея. И я неожиданно стала одержима ею.
Я решила солгать и представиться подругой Элиана, с которой он якобы общался в интернете.
Мне хотелось рассказать Нике, как он скучал по ней, каким замечательным был младшим братом. Хотелось выразить соболезнования.
В профиле также была указана геолокация. Город, где жил Элиан, оказался совсем недалеко от нашего — это был ближайший к нам мегаполис.
Было невыносимо осознавать, что ещё год назад он был жив, находился всего в нескольких сотнях километров от меня. И всё равно наша встреча была бы невозможна.