Мысль об этом неприятно кольнула.
Я сжал кулаки. Это уже похоже на одержимость. Нормальные люди так не делают. Парни не бегают ночью под окнами девчонок, которые… младше.
Я резко развернулся и пошёл прочь. Слишком быстро. Будто убегал не от её дома — от себя.
Вернувшись домой, я позвонил Рут и напросился в гости. Надо помириться. Пару раз с опытной девушкой — и я забуду эту малявку. Сто процентов.
Я вырубился, предварительно обожравшись мороженого — единственное, что хоть немного глушило эту грёбаную тягу.
Утром меня разбудила мать — как обычно по выходным, она собирала по комнатам грязную одежду. Ворвалась, ворча, поднимая с пола разбросанные носки.
— Подъём.
— Сегодня выходной, — пробурчал я, не открывая глаз.
— Знаю, — ответила она. — Поэтому быстро в ванную и вниз. Я напекла кучу блинов.
Я приподнялся на локтях и посмотрел на неё. Она улыбалась. Слишком широко. Слишком довольно.
— Что? — Она швырнула в меня полотенце.
С ней что-то не так. Это точно.
Спорить не стал — просто сделал, как просили. После завтрака созвонился с Мэтью. Солнце сегодня будто звало к себе, и мы с ребятами решили выбраться на пляж.
Натягивая футболку, я подошёл к окну и по привычке выглянул в сад.
Качели едва покачивались. На них сидела Николь. Рядом — сестра. Они тихо разговаривали, склонив головы друг к другу.
Какого… Она опять здесь?
Я почти спустился к двери, когда Лин буквально выскочила мне навстречу и перегородила проход.
— Возьмите нас с собой, мы не будем мешать, обещаю!
Из дверей в сад выглянула Ники. Я машинально перевёл на неё взгляд: короткие джинсовые шорты, чёрный верх от бикини… даже на груди россыпь веснушек.
— Нет, — коротко бросил я.
— Нет?
— Нет, — кивнул я.
— Хорошо. Мам… Он не хочет нас брать.
— Даниэль, — раздался голос матери.
Я тяжело вздохнул.
— Выходной же… почему я опять что-то должен? — буркнул я, но матери просто показал пальцем: окей, принял.
Во двор въехал чёрный пикап Тревиса. За ним — шевроле Мэтью. Они сигналили, будто весь район должен знать, что «они» прибыли.
Я вышел к калитке.
Из сада шли Лин и Ники. Они несли сумки.
Я на секунду завис, наблюдая.
Белая кожа. Солнце цеплялось за её волосы, делая их ярче, почти огненными.
Я отвернулся, сделав вид, что внимательно разглядываю машину Мёрфи.
— Мы едем с Тревисом? — спросила Лин.
— Нет, — коротко бросил я.
— Почему снова нет? — Лин надулась.
Сигнал раздался снова. Тревис высунулся из окна:
— Да ладно тебе! Пусть садятся! Места хватит!
Я стиснул зубы.
Вот он — мачо-мен.
Ники подошла ближе. Неуверенно. Но с интересом.
— Куда нам садиться? — тихо спросила она.
Я посмотрел на Тревиса. Он ухмылялся.
— Ко мне… Ники.
И в этот момент я понял: если скажу «нет», это будет выглядеть как ревность.
А я не имею права ревновать.
— Делайте что хотите, — бросил я и направился к машине Мэтью.
Внутри меня ждала Рут, и вид у неё был возмущённый.
Сегодня явно не мой день.
— Ура-а! — заорала Лин, когда Тревис пронёсся мимо нас к выезду с улицы.
Музыка в салоне гремела так, что дрожали стёкла. Окна открыты, ветер трепал их волосы. Сестра сияла — будто это лучший день в её жизни.
Я сжал челюсть.
Что ж. Отлично.
Тревис притормозил у съезда к пляжу, песок зашуршал под колёсами. Музыка всё ещё орала, но он убавил звук, когда впереди показалась парковка. Машин было полно — выходной, солнце, половина города решила выбраться к воде.
Двери хлопнули одна за другой. В лицо ударил солёный воздух. Ветер нёс запах моря и нагретого песка.
Лин выскочила первой, почти бегом направляясь к спуску. Ники вышла следом, щурясь от солнца. Волосы тут же подхватил ветер.
Я обошёл машину, стараясь не смотреть в её сторону слишком очевидно.
Чуть поодаль Мэтью выгружал вещи из багажника, а его Эмми крутилась рядом, помогая и мешая одновременно.
Тревис хлопнул дверью и бросил ключи в карман.
— Ну что, народ, отдыхаем!
Рут запрыгнула на меня, обхватив ногами, и я молча двинулся к воде.
Песок был горячим, мелким, он проваливался под ногами. Океан шумел ровно, спокойно — будто ему вообще нет дела до того, что творится у нас внутри.
Ветер приносил запах соли и лёгкую прохладу, а волны набегали одна за другой, разбиваясь в пену и откатываясь назад.
Смех друзей смешивался с шумом прибоя, и в какой-то момент мне показалось, что мир сузился лишь до этого кусочка побережья.