Впереди появилась толпа размахивавших оружием людей, на груди которых извивалась коронованная змея. Келотские наемники достигли цели, и теперь видели перед собой лишь ничтожную горстку врагов, смести которых не стоило и труда.
- Прикончить их, - рявкнул Джоберто, указывая клинком на отряд латников. - Вперед, воины. Убейте их всех!
Наемники ринулись в атаку, но их опередил Кратус, чья жажда крови никак не желала быть утоленной. За спиной мага, словно кошмарные вехи, отмечавшие его путь, остались десятки мертвецов, но этого было мало, и потому колдун, привычно выкрикнув имя руны Огня, ударил пламенным бичом, рассчитывая одним взмахом уничтожить всех, кто стоял на его пути.
Язык огня протянулся к воинам короля, и те невольно отшатнулись, словно надеясь уклониться от смертоносных чар. Но пламя вдруг рассыпалось веером искр, в бессилии огненным дождем обрушившихся на мостовую. А спустя миг из строя навстречу приближавшимся наемникам выступил высокий стройный воин, державший в руках громадный, почти в свой рост, лук, на тетиву которого уже была наложена бронебойная стрела с белоснежным оперением.
- Эльф, - закричал в ярости Кратус, поняв, с кем вновь довелось ему биться. Сейчас вся мощь, скрытая в Линзе, была бессильна против крови бессмертного создания. Маг был способен уничтожить город, но не мог убить единственного воина, бесстрашно шедшего ему навстречу. - Это проклятый эльф! Убить его, - в истерике кричал чародей, пятившийся назад. - Убейте эту нелюдь, немедленно!
Привыкший ощущать себя всемогущим, Кратус вновь испытал страх, давно и прочно, казалось, забытый. Но рядом было достаточно воинов, не разбиравшихся в магии, но твердо знавших - если перед тобой враг, его должно уничтожить.
- Прикончить его, - коротко приказал Джоберто своим бойцам. - Вперед!
Эвиар привычно рванул тетиву, слыша легкий скрип, и затем разжал пальцы, отпуская стрелу в короткий полет. Узкое жало легко пронзило кольчугу одного из наемников, подобравшегося к эльфу слишком близко, и тот, схватившись за древко обеими руками, захрипел, пуская кровавую пену. Келотец еще не успел упасть, а Эвиар достал из колчана следующую стрелу. Сейчас он действовал на пределе возможностей, наверняка поразив бы даже своих родичей. А уж для людей все движения эльфа превратились в неразборчивое мельтешение, неизменно заканчивавшееся тем, что очередной враг валился на выщербленные камни лагенской мостовой, выпуская из обессилевших рук клинок или топор.
Эльф, стреляя снова и снова, в упор поражая наваливавшихся на него наемников, но перед глазами его стоял человек в хрустальном венце, враг, ради смерти которого Эвиар и оказался в этом чужом для себя краю. Но та стрела, что была предназначена человеческому колдуну, давно уже торчала в теле простого воина, как и следующая. Бой подхватил эльфа, заставив обратиться в машину смерти, точную и лишенную даже намека на чувства и эмоции. Пели стрелы, скрипела тугая тетива, и вскрикивали смертельно раненые воины капитана Джоберто, тщетно пытавшиеся подобраться к лучнику, чтобы сойтись с ним в рукопашной.
- Проклятье, - неистовствовал сам Счастливчик. За несколько мгновений погибла дюжина его людей, его лучших бойцов, а остальные вот-вот должны были последовать за ними. - Да убейте же его! Вперед!
Наемники атаковали в лоб - здесь, возле самых ворот, невозможно было обойти противника. Окружить его, ударить в тыл. И потому они снова и снова бросались на стрелы, чтобы пробежать несколько шагов и упасть со стальной занозой в теле. И все же их было много, больше, чем стрел в колчане у Эвиара, и это видел король, равно как видел и Бранк Дер Винклен.
- Нужно уходить из города, - почти прокричал дьорвикский рыцарь. - Они задавят нас всей толпой, государь. Бежим, скорее!
Эйтор оглянулся. Ворота были за спиной, и можно было распахнуть их, вырвавшись прочь, за стены, но что ждало его там, кроме сотен врагов, возглавляемых самим Эрвином? Враги были всюду, и только сейчас король осознал - он сам загнал себя в ловушку, понадеявшись на прочность этих стен. Вот Эвиар выпустил последнюю стрелу - широкое жало-срезень с ничтожных двадцати шагов пробило кольчугу возле самого горла, буквально отрезав очередному наемнику-келотцу голову - и отступил за спины латников, сомкнувших строй.
На ногах оставалось лишь семнадцать наемников, и еще несколько воинов были ранены, и не могли принять участие в битве. Но и тех бойцов, что могли биться, вполне хватало, и потому Джоберто, взмахнув рукой, крикнул:
- Вперед! Прикончить их всех!
Охватывая противника с флангов, наемники бросились в атаку, перепрыгивая через тела своих товарищей, пронзенных эльфийскими стрелами. Кое-кто из несчастных был еще жив - меткость Эвиара уравнивалась прочностью доспехов - и теперь полз по мостовой, оставляя за собой кровавый след. На них не обращали внимания - каждый из тех, кто еще оставался цел, рвался в бой, видя перед собой горстку обреченных воинов.
- Плотнее строй, - приказал Эйтор, поудобнее перехватывая клинок и закрываясь щитом. - Спина к спине! Погибнем, но не отступим!
Спутники короля выступили вперед, прикрывая собой государя. И Джоберто, разумеется, увидел это, сразу все поняв.
- Это король, - кондотьер указал на оттесненного назад своими же воинами Эйтора. - Взять живым ублюдка! Эрвин осыплет нас золотом за такой подарок!
Короля атаковали сразу трое, пока остальные наемники отвлекали его свиту. Под градом ударов Эйтор, только и успевавший отражать выпады своим щитом, был вынужден отступить, оказавшись в кольце врагов и в стороне от своих товарищей, яростно рубившихся с бойцами Джоберто. Он отразил удар боевого топора, но пропустил укол клинком, только и успев чуть отклониться в сторону, так, что сталь лишь скользнула по окольчуженному боку. Противники короля действовали умело, не мешая друг другу, и Эйтор понимал, что сможет выстоять против них считанные мгновения.
- Ратхар, - Бранк Дер Винклен видел, сколь опасно положение владыки Альфиона, и ринулся к нему на выручку. - Ратхар, за мной! Король в беде! Прикрывай мне спину!
Дьорвикский рыцарь бился обеими руками, легко орудуя верным эстоком. В глубоком выпаде он пронзил грудь одному из противников, затем ударил в живот второго, не успевшего подставить щит, и, прорвав строй наемников, сзади атаковал тех, что наседали на короля. Здесь было не до церемоний. Все рыцарские кодексы оказались забыты, никто не желал дать врагу время подготовиться к бою, и Дер Винклен не испытывал угрызений совести, рубя спины слишком увлекшихся затравливанием Эйтора наемников.
Двое были сражены мгновенно, третьего же достал сам король, разрубивший келотцу череп вместе со шлемом. Но со всех сторон к нему уже бежали остальные наемники, атаку которых первым принял на себя Бранк Дер Винклен.
- Подходите, псы, - с ненавистью прорычал дьорвикский рыцарь, выставив перед собой клинок. - Давайте, отведайте моей стали, выродки!
Наемники, выстраиваясь полукольцом, окружали троицу бойцов, намереваясь навалиться одновременно со всех сторон. Но их предводитель, увидев опытного бойца, рыцаря, достойного противника, победа над которым могла сделать честь любому воину, решил иначе.
- В сторону, - Счастливчик отпихнул с дороги одного из своих бойцов: - Он мой. Не сметь мешать нам!
Джоберто бросился на дьорвикца, очерчивая своим клинком широкие дуги. Воздух взвыл под взмахами меча келотца, но на пути его оказался эсток Дер Винклена. Мечи глухо лязгали, сталкиваясь друг с другом, и в такт им рычали сквозь зубы бойцы. Два воина, два мастера сошлись в диковинном танце, и сталь играла, плетя невидимое кружево. Никто не смел вмешиваться в поединок, но для наемников оставалось еще достаточно противников, и потому один из них набросился на Ратхара, а прочие - всего двое - атаковали самого короля.
Юный оруженосец Дер Винклена едва успел вскинуть щит, закрывшись им от булавы. Ратхар попытался ударить, но его противник легко уклонился, атаковав вновь, так что юноше стало не до контратак. Парень с трудом успевал отражать предназначенные ему удары, упорно держась позади своего господина. Щит трещал, во все стороны летела щепа, когда перья булавы впивались в украшенную королевским гербом Альфиона плоскость.