Переск вскочил.
— Напился… — вырвалось у него.
— Нет, — сказал Фавер. — Просто левой рукой не привык пользоваться. Но ничего, на тебе пятном больше, пятном меньше…
Его соседи за столом замолчали.
— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Переск.
— Ничего, — Фавер усмехнулся. — Просто ты легко переживаешь потери и утраты… Переживешь и пару новых пятен.
— Следи за своей речью, господин… — Переск сделал вид, что пытается вспомнить имя Фавера.
— Никто не смеет указывать, что мне говорить, — провозгласил, повышая голос, Фавер. — Особенно подмастерья…
Теперь уже все присутствующие в зале напряженно вслушивались в их разговор. «Струсит…» — громким шепотом произнес кто-то.
Лицо Переска превратилось в маску.
— Я требую, чтобы ты забрал свои слова…
— Я не думаю, что ты можешь требовать у меня чего-нибудь. — Фавер встал из-за стола. — Попросить о снисхождении — да, пожалуй… Но не более того!
— Если бы не твоя рана, я бы заткнул тебе…
— Моя рана? Ты пытаешься выглядеть благородным, подмастерье? — осведомился Фавер. — Это на девушек может подействовать такая поза, а мне… мне плевать на твои попытки…
— Пьяное ничтожество! — воскликнул Переск, теряя самообладание. — Я требую, чтобы ты принес извинения, иначе я…
— Вызов? Хорошо, пусть будет вызов… В конце концов, мне приходилось драться и с животными, — процедил Фавер. — С грязными, вонючими животными…
— Дуэль! — крикнул Переск. — Немедленно — дуэль!
Все обернулись к королеве.
Та медленно встала со своего кресла.
— Я хотела бы, чтобы вы помирились, — тихо сказала она.
— С кем? — осведомился Фавер. — С этим?
Левой рукой Фавер указал на Переска и скорчил брезгливую гримасу.
— Вы видите, ваше величество, — сказал Переск, — примирение невозможно. Я должен защитить свою честь…
— Но, господа, только до первой крови, — провозгласила королева. — Это правило было введено моим покойным мужем, и я не смею нарушать его.
— До первой крови, — сказал Переск, злобно посмотрев в лицо Фавера. — Конечно — до первой крови.
В зале было довольно места для поединка. Слуги отодвинули несколько канделябров в сторону.
Фавор стал в десяти шагах от противника. Тот выхватил меч и сделал несколько взмахов, разминая плечо.
— Хороший хват, — сказал Фавер трезвым голосом. — Ноги немного неправильно стоят, но это неважно…
Переск замер.
Он все еще надеялся выиграть этот бой у раненого, да еще и пьяного одним ударом. Но пьяный перестал казаться пьяным, и это настораживало.
Фавер снял с шеи платок, правой рукой извлек свой меч из ножен.
Переск вздрогнул. Он не испугался, нет, но почувствовал легкий холодок, скользнувший по его позвоночнику. Предчувствие?
Взяв себя в руки, Переск нанес удар. Потом еще два. Потом поединок закончился. Как и требовала королева — до первой крови.
Меч Фавера пробил лоб Переска точно над переносицей и вошел в мозг.
— До первой крови! — сказал Фавер, выдергивая свое оружие из черепа мертвого противника.
— Только утром мы сидели за этим самым столом и завтракали. Только этим утром, — сказал Леор. — А кажется, что прошло несколько дней…
Фавер не ответил.
Он вообще не собирался надолго задерживаться в харчевне «Стоптанный башмак», но Леор настоял. После того как оскорбленная королева потребовала, чтобы они немедленно покинули не только столицу, но и королевство, Фавер думал, что советник будет торопиться, но тот, приказав слугам в харчевне принести вещи из комнаты и седлать лошадей, отправился в зал я сел за стол.
— Мы успеем еще выпить вина, — улыбнулся он в ответ на удивленный взгляд рыцаря. — Я, кстати, хотел и в дорогу его прихватить. У нас есть что отметить, к тому же…
— Убийство? — уточнил Фавер.
— Казнь, — поправил его Леор. — Ты хотел, чтобы все было честно, — ты получил честный поединок. Все должны быть довольны. Королеве удалось сохранить внешние приличия, мы раскрыли преступление и наказали убийцу, даже тот паж, как бишь его… Стонг из Вадеи отмщен. С мастера Торельяна снято подозрение… Даже Имперский Коллегиум будет доволен — мы умудрились предотвратить волнения в сопредельном королевстве, продемонстрировали заботу Империи о своих провинциях… да, исключительную эффективность Коллегиума и Ордена Справедливости мы тоже продемонстрировали… Все должны быть довольны.
— Я и доволен, — угрюмо сказал Фавер. — Тем более что эффективность…