Пять минут, целых пять минут потребовалось ей, чтобы вернуться и преодолеть верный коридор, выведший её на небольшую полянку. Покрутив головой и никого не обнаружив, Эриния перевела дыхание и стала осматриваться уже не спеша.
Вот здесь был привязан конь. Судя по следам, довольно долго, явно не один час. А это мужские следы. Судя по расстоянию между отпечатками ног, их обладатель сильно спешил. Точно спешил, вот и чомбур просто-напросто перерезан ради экономии времени.
Оглядев полянку и не обнаружив больше ничего интересного, виконтесса поспешила по следу всадника. Да, пешком ей его не догнать, но пока не прошло много времени, можно проследить его до тракта и узнать направление его движения. Ведь пусть мама в очередной раз превзошла саму себя, в кратчайшие сроки создав работающий артефакт, — сделать эффект постоянным оказалось выше её сил. Стихийники вообще редко могут что-либо создать. А уж работающее на крови — тем более. Вот и тут эффект временный, и работать амулету осталось недолго. Если сейчас она направится обратно, к отцу и тётке, то Дэррон успеет уйти ещё дальше, её проводник окончательно выйдет из строя, и поиски потеряют всякий смысл. А потому — вперёд!
Быстрее, быстрее, быстрее. Эриния неслась вперёд по лесной тропинке, не глядя ни по сторонам, ни даже себе под ноги, стремясь сократить своё отставание. Вёл ли братец коня под уздцы или же просто аккуратно и не торопясь ехал — было неважно. В любом случае её скорость была выше. Конечно, на дороге всё изменится, Дэррон поскачет во весь опор, вновь оставляя позади преследователей, но пока этого не произошло, она сделает всё, что в её силах.
Лес закончился как-то неожиданно. Просто за очередным поворотом оказалась небольшая опушка, сразу за которой буквально в полусотне метров проходил тракт. Она выбежала на дорогу и быстро огляделась. Ни всадников, ни даже пеших было не видать. Раздражённо выдохнув, Эриния использовала заклинание «зрение сокола». Бросив взгляд направо, она прищурилась, и мир словно скакнул ей навстречу. То, что поначалу показалось обманом зрения из-за большого расстояния, теперь предстало в своём истинном обличье. Всадник в тёмном плаще с капюшоном отчаянно нахлёстывал коня, изо всех сил стараясь заставить его скакать ещё быстрее.
Усевшись прямо на дорогу и отменив заклинание, она уронила голову на колени. Ушёл. Снова сумел сбежать в самый последний момент. Эмоции, захлестнувшие её от осознания того, что их долгожданная встреча откладывается на неопределённый срок, были неоднозначны. Конечно, она была расстроена тем, что не сумела его догнать. А с другой стороны, её распирала какая-то детская гордость. «Смотрите! Мой брат опять всех победил!». Так она хвасталась своим подружкам, когда Дэррон брал верх над своими противниками в играх и потасовках.
Светлые воспоминания дали ей сил улыбнуться. Подняв голову и посмотрев на бегущие по небу облака, она прошептала:
— Я поймаю тебя, братик. Обязательно. Никому не скрыться от вышедшей на охоту Буреносной. Отец не смог, и тебе не удастся.
— Ваше сиятельство, разрешите?
Орианна, восседавшая в кресле своего мужа, оторвала взгляд от бумаг. В дверном проёме стоял кастелян, принёсший, судя по робкому голосу, дурные вести.
— Заходи, докладывай, — откинувшись на спинку, она приготовилась слушать.
— Леди Орианна, — вышедший в центр кабинета мужчина замялся, подбирая слова, — слуга вашего сына мёртв.
— Дэррона! У моего сына есть имя, это ясно? — глаза спокойно сидевшей женщины полыхнули яростью.
— Да, конечно… Простите, ваше сиятельство, — испуганно забормотал кастелян, неустанно кланяясь.
— И впредь не забывай об этом! А теперь, — она ожгла его ещё одним недовольным взглядом, — с самого начала. Что произошло?
— Час назад, когда заключённым разносили ужин, кобольд по имени Чол был обнаружен мёртвым.
— Так, — Орианна, нахмурившись, потёрла переносицу, — что же с ним случилось?
— Не могу знать, ваше сиятельство. Я послал людей за господином Контэ и сразу отправился к вам с докладом.
— Хорош доклад. Два слова: «Он умер», — проворчала Орианна, вставая и выходя из-за стола. — Веди. Сама посмотрю, что к чему. Очень уж мне любопытно, отчего в запертом помещении вдруг умирает молодой и сильный представитель расы, славящейся своим здоровьем.
Спускаясь в подземелье вслед за кастеляном, несущим впереди факел, и внимательно глядя себе под ноги, Орианна гадала, как отреагировал на подобную новость Дэррон. Из допроса чешуйчатого коротышки она знала, что он относился к её сыну с большим уважением, но так и не поняла, как же к своему слуге относился господин. А между тем вопрос был довольно важный. Одно дело, если кобольд был просто полезным и удобным инструментом. Тогда его гибель не должна расстроить сына. А если нет? Дэррон молод, точнее, даже юн, и вряд ли успел научиться оценивать окружающих лишь по пользе, которую они могут принести, и относиться к ним с должным безразличием. Нет, конечно, друзьями они не были, но вот по-своему привязаться к нему он мог вполне.