— Хотя я полностью одобряю маршрут, не думаю, что смогу поучаствовать в ваших постановках.
— Что, пользоваться нами, значит, можно, а помочь в ответ фамильная честь не позволяет? — Чик влез в разговор без спросу и начал, наверное, с самого банального.
— Мне здравый смысл не позволяет заниматься тем, чего я не умею, — я одарил его тяжелым взглядом, и он отвёл глаза в сторону.
— Говорить зато мастер, — буркнул он, вновь отворачиваясь.
— А что ты умеешь? — поинтересовалась Аста.
— Я недурно владею мечом, охранником могу быть, — пожал я плечами.
— Нет, это не подойдёт, — задумчиво протянула она. — Ты должен быть одним из нас, чтобы не привлекать внимания. Да и какая у нас может быть охрана?
Вопрос был явно риторическим, и я промолчал.
— Думай, Рон. Чему-то полезному для жизни тебя же должны были учить?
Я честно постарался вспомнить, что же из преподанных мне дисциплин могло пригодиться в предлагаемой мне на пробу жизни.
— Может, вам нужен метатель ножей? — после минутных размышлений меня посетила недурная, как мне казалось, идея.
— Есть уже, — покачала головой Аста, — что ещё?
— Из лука стреляю неплохо, — снова отрицательное мотание симпатичной головкой.
— Ну тогда не знаю, — вздохнул я, — может, рукопашные поединки?
— Серьёзно? — она смерила меня взглядом. — Ты хоть когда-нибудь дрался?
— На потеху публике или вообще?
— Так, чтобы тебя по лицу били, — не приняла она мой шутливый тон.
— По этой части я не очень. Мне больше нравится бить самому, — ухмыльнулся я.
— Ну тогда на привале мы это проверим. Правда, Дор?
— Гррр.
Оглядев новым взглядом молчаливого гиганта, поймал себя на неожиданной мысли: а может всё же лучше в слуги?
Глава 46
— Грррааа!!!
Нависшая надо мной, закрывавшая собой половину неба, яростно взревела и, выставив огромный, похожий на навершие булавы, локоть, рухнула вниз.
Увиденная картина в момент мобилизовала все ресурсы, что ещё оставались в моём побитом теле, и, несмотря на то, что только что, будучи крепко приложенным спиной об землю, я думал только как бы поскорее умереть, чтобы всё это наконец закончилось, я резко откатился в сторону.
Дор рухнул с грохотом, подняв вокруг целое облако пыли, и тут же вскочил, ища меня взглядом. Я обнаружился уже метрах в пяти, переводящим дыхание и судорожно пытающимся придумать какой-либо план.
Эта, с позволения сказать, драка длилась уже минут пять. Поначалу всё шло хорошо. Я бодро кружил вокруг мощного, но неповоротливого соперника и бил его куда полегче было достать. Колени, голени, бёдра служили целями для моих ног, а торс был отличной мишенью для моих кулаков. По лицу и голове ему не доставалось, так как я не доставал.
Подобная идиллия продолжалась довольно долго, минуты три, и я даже успел заскучать. И внезапно закончилась. Не потому, что я расслабился, нет. Считать ворон во время битвы меня раз и навсегда отучил Рэйкар ещё в самом начале наших занятий. Просто, издав громкий рык, от которого натурально разбежалась вся окрестная мелкая живность, он вдруг резко увеличил темп, практически сравнявшись со мной в скорости.
Некоторый перевес ещё оставался у меня, но это лишь продлевало агонию. Впавший в ярость гигант гонял меня кругами, просто не ведая усталости. Его удары, поначалу больше похожие на замахи бревном, не стали техничнее, но, увы, иногда стали меня задевать. Пусть они всегда приходились в скользящие блоки, но от таких плюх я то приседал, а то откатывался в сторону, теряя темп и равновесие.
Кроме этого, они обладали какой-то нечеловеческой силой и причиняли нешуточную боль. Сжав зубы, я терпел и маневрировал, ожидая, пока он выдохнется и станет не более чем грушей для битья. Поддерживать такую скорость для кого-то его габаритов крайне ресурсозатратно, и надолго его просто не должно было хватить.
Однако время шло, он продолжал свой натиск, а выдыхаться начал я. Руки наливались тяжестью, и всё труднее становилось отражать удары, а уворачиваться удавалось отнюдь не всегда. Я старался разрывать дистанцию, выгадывая краткие мгновения передышки, но это не помогло. В какой-то момент этот кабан сумел меня поймать и, подняв меня над своей головой, со всей дури шваркнул об землю.
Тут бы мне и настал конец, но, вовремя сообразив, к чему всё идёт, я сумел правильно сгруппироваться, и удар, призванный навсегда вышибить из меня дух, лишил меня его на время.
Сейчас же, будучи занят наблюдением за несущейся на меня в очередной раз горой мышц, мяса и костей, я вдруг подумал, что если у меня когда-нибудь будет свой род, я обязательно изменю программу подготовки. Потому что, лайс его дери, жизнь в замке и за его пределами имеют очень мало общего!