— Похоже, что у нас проблема, — сказал подошедший ко мне Эрланд, — веревка…
— Оборвалась, — продолжил я за него, указывая вниз.
Пока ведьмак вглядывался в темноту, царящую внизу, к нам подошел тот самый нервный гном. Он явно что-то хотел сказать, но вместо этого неловко мялся на месте.
— Уважаемый, — обратился я к нему, понимая, что рискую не дождаться, пока он сам заговорит, — где находится ближайший запасной спуск?
— А? — переспросил гном, который настолько задумался, что не расслышал меня.
— Где спуск ближайший, спрашиваю, — уже громче сказал я без былой вежливости.
— А, спуск, — аж подпрыгнув на месте, проговорил коротышка. — Здесь, недалеко, но спуск очень длинный и…
Я жестом попросил его замолчать, уже и без того понимая, о чем пойдет речь.
— Что будем делать? — задумчиво спросил ведьмак.
— Ничего, — усмехнувшись, ответил я, прежде чем повернуться и с весельем спросить главу ведьмачьей школы. — Надеюсь, ты умеешь летать?
Он удивленно посмотрел на меня, словно бы пытаясь понять, не сошел ли я с ума.
— Что-о-о-а-а?! — хотел было что-то спросить Эрланд, но было уже поздно, ведь я спрыгнул вниз, утаскивая за собой ведьмака, чей вопрос перерос в крик.
— Чертов псих! — крикнул на меня ведьмак, как только его ноги коснулись земли.
Я же не мог ответить, с трудом сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. Летели мы вниз всего ничего — чуть больше десяти секунд, что говорило о довольно существенной глубине. Но все это время Эрланд не прекращал кричать и покрывать меня матом, вызывая у меня только смех.
Когда у меня наконец получилось разглядеть дно, я сильно замедлил наше падение с помощью телекинеза, что позволило мягко приземлиться.
— Колдун ебучий! — убийца чудовищ продолжал ругаться почем зря.
— Хватит уже причитать, — помахав рукой, проговорил я. — Ты жив-здоров и даже с сухими портками. Так что прекращай уже.
Ведьмак резко замолчал после моих слов и начал деловито проверять свои вещи на предмет того, не потерялось ли что-то при падении.
— Мог бы и предупредить, — тихо буркнул Эрланд, поправляя ножны с мечами.
— И пропустить такое веселье? — усмехнувшись, ответил я. — Ну уж нет. А насчет предупреждения: я ведь спросил, умеешь ли ты летать.
Ведьмак явно что-то хотел мне ответить, но, медленно выдохнув, решил промолчать. После чего попытался осмотреться вокруг, но в итоге все равно полез в подсумок, чтобы достать Кошку. Откупорив крышку, он опрокинул в себя все содержимое склянки и после секундного промедления, зарычав, согнулся, закрывая глаза руками. Какое-то время он стоял так, скрючившись, пока не привык к ощущениям и не начал медленно разгибаться, что позволило рассмотреть изменения, которые постигли ведьмака.
Зрачки Эрланда превратились в два черных озера, тем самым практически полностью заполнив радужку. Это позволяло значительно лучше видеть в условиях плохой освещенности, близкой к полной темноте.
— Все в норме? — участливо спросил я, будучи немного обеспокоенным действиями моих элексиров.
Эрланд ничего не ответил, отмахиваясь и как бы говоря, что волноваться не о чем. После чего присоединился ко мне, осматривая место, в котором мы оказались. Быстро переглянувшись, мы решили разделиться, чтобы быстрее охватить все пространство.
Пока глава ведьмачьей школы внимательно осматривал несколько тоннелей, что уходили вглубь горы, я решил найти упавшую платформу. Впрочем, искать ее долго не пришлось.
Превратившаяся в безобразные обломки деревяная платформа находилась в небольшом отдалении от места, где мы приземлились. Подойдя ближе, я был готов ко всему, что бы могло послужить причиной обрыва веревки. Вот только видимой причины не было, собственно, как и последствий, которые могли возникнуть, будь подъемная платформа загружена людьми.
— Меня кое-что беспокоит, — вдруг сказал подошедший ко мне Эрланд.
— И что же? — на автомате поинтересовался я, ногой убирая один из обломков платформы.
— Тебе не кажется, — начал вкрадчиво говорить охотник на чудовищ, — что после такого события, как обрыв троса, здесь должен быть не меньший ажиотаж, чем наверху.
Слова мутанта легли на благодатную почву, ведь меня и самого мучал этот вопрос. Почему никто из шахтеров не отреагировал на оборвавшуюся веревку? А если на подъемнике во время инцидента поднимались шахтеры, то почему нет переломанных от падения тел?
В надежде найти хоть какую-то зацепку, я с удвоенной силой начал копошиться в обломках. Но результата это практически не дало, кроме возможности сказать, что подъемник был отчего-то пуст.