Процесс длился недолго. До тех пор, пока вся жижа не впиталась в артефакт. Лишь после этого я смог с чувством хорошо выполненной работы вытащить кусок кожи из чаши, попутно развеяв сосуд, и оценить результат.
Артефакт не испускал энергии, отчего в магическом спектре выглядел как простое украшение. Побочная цель достигнута. В том, что артефакт будет выполнять свою главную функцию, а именно защищать носителя, я даже не сомневался. И это означало, что проверить осталось только последний пункт.
Удерживая навесу получившийся артефакт, я зажег в свободной руке Адское пламя и попытался сжечь результат своей работы. Проходило время, но с украшением ничего не происходило. Огонь, который был способен уничтожить практически любой артефакт, оказался бессилен против, казалось бы, простого куска кожи. И именно поэтому на моем лице появилась довольная улыбка. Желаемый результат достигнут.
Правда, эта же улыбка тут же сошла на нет, когда мой взгляд наткнулся на склянку с прозрачной жидкостью. Жидкостью, являющейся зельем, которое делало все, что в нем окажется, практически несокрушимым. При должной обработке, конечно же. Хотя я не уверен, что эту жидкость можно назвать продуктом зельеварения, учитывая, что эффект зелья больше присущ алхимии. И от того печальнее было осознавать, что этого волшебного зелья осталось лишь еще на одно применение.
«А жаль, воспроизвести его мне пока не по силам», — с грустью подумал я, представляя, что скоро я могу лишиться такого ценного экземпляра своей коллекции.
— Аварис, — позвал меня ведьмак, отвлекая от собственных мыслей.
— А? — встрепенувшись, я посмотрел на собеседника, который с ожиданием смотрел на меня. — Ах да, точно.
Вспомнив, что обещал дать Эрланду объяснения, я отложил артефакт в сторону и посмотрел на ведьмака. Говорить ему все, как есть, было бы глупо, но оставлять в совершенном неведении тоже было бы ошибкой. Выход один — общие, ничего не значащие фразы. Как показывает практика, люди сами успешно справляются с тем, чтобы при отсутствии полной информации додумать устраивающие их недостающие детали.
— С чего бы начать, — задумчиво протянул я, постукивая указательным пальцем по губам.
— Попробуй с самого начала, — усмехнувшись, сказал убийца чудовищ, откидываясь на спинку своего кресла.
Я оценивающе посмотрел на него и фыркнул.
— Если рассказывать с начала, то и жизни не хватит, — проговорил я, дернув уголком губ в мимолетной улыбке. — Но, думаю, с начала нашего с тобой знакомства все же можно начать.
Мои слова явно заинтересовали главу Школы Грифона. Он стал выглядеть куда собраннее, чем еще мгновение назад.
— Незадолго до нашей с тобой первой встречи, — начал я свой рассказ полуправды, внутренне усмехаясь тому, что двадцать лет — это действительно «незадолго», — у меня… отняли кое-что…
Я говорил медленно, подбирая необходимые слова, чтобы не солгать и не сболтнуть при этом лишнего. Со стороны же могло показаться, что тема для меня настолько болезненная, что мне неприятно, или даже больно, говорить об этом.
— … кое-кого, — продолжил я, поправив самого себя, — ценного… дорогого для меня человека.
— Отняли? — переспросил ведьмак.
— Скажем, что нас разлучили, — немного пояснил я, понимая, что «отняли» ближе к слову «убили», и будет трудно объяснить Эрланду смысл. — Из-за этого я стал одержим поисками этого человека. И эти самые поиски завели меня в Северные королевства. Собственно, именно так я и оказался в той деревне, где мы с тобой впервые встретились.
Эрланд слушал меня внимательно, стараясь не перебивать и даже, казалось, пытаясь дышать как можно тише.
— Со вступительной частью закончили, — усмехнувшись, сказал я уже куда свободнее. — К тому же, тебя интересует, что стряслось, а не то, как все началось. Что было дальше, пояснять не вижу смысла. Скажу лишь, что недавно нашел то, что так давно потерял. Вот я и немного взбудоражен всем этим.
Я замолчал, одновременно думая о том, не слишком ли много рассказал ведьмаку. Сам же Эрланд сверлил меня нечитаемым взглядом.
— И что ты собираешься делать? — с подозрением спросил убийца чудовищ.
— Сейчас? — вскинув брови, задал я встречный вопрос. — Ничего.
— А не сейчас?
— Время покажет, — усмехнулся я, прежде чем отмахнуться от подозрений ведьмака. — Но если ты боишься, что мое прошлое может коснуться цеха…
«То скажу, что ты слишком поздно об этом задумался, — внутренне усмехаясь, подумал я, — ведь о последствиях надо было думать уже тогда, когда ты вел меня в крепость».