— … то спешу заверить, что на ведьмаках это никак не отразится, — вслух проговорил я уже совсем другое.
Моих слов оказалось достаточно, чтобы успокоить ведьмака, после чего разговор перешел в общие темы. Мы обсудили мои наработки по улучшению и расширению арсенала ведьмачьих знаков, а также я «закинул удочку» на одну, давно интересующую меня тему — созданию ведьмачек. Я уже натыкался на записи, что попытки создания ведьмаков из женщин уже были. Но, как показала практика, этот процесс оказался довольно сложен. К тому же, смертность была в несколько раз выше, отчего было всего несколько «удачных» попыток. Хотя по-настоящему удачными их назвать сложно. Судя по записям, мутации ведьмачек были столь нестабильны, что начинала страдать их психика. И, при всем этом, они значительно уступали по силам мужчинам, отчего идею создания ведьмачек забросили.
Это тема была для меня довольно интересной, ведь если опыты удастся и результаты оправдают ожидания, то мутации окажутся неплохим способом продления жизни для Лии. К тому же, если все получится, будет иметь смысл избавиться от бесплодия ведьмаков. Меня всегда будоражила мысль, что я могу стать тем, кто создаст новую расу.
Впрочем, пока все это были лишь разговоры и мои домыслы. Эрланд же, обещая подумать, поспешил удалиться, намекнув, что мне стоит поскорее разобраться с моим «прошлым».
— Разобраться с прошлым, — усмехнувшись, проговорил я, приподняв отставленный ранее кусок кожи. — Пожалуй, ты прав, ведьмак. Разобраться стоит поскорее, от греха подальше.
В этот момент перед глазами промелькнул образ новорожденного ребенка со светлыми волосиками. Какое-то время я сидел и предавался воспоминаниям, разглядывая артефакт. Когда-то я уже создавал нечто подобное, но с совершенно иной функцией. Он должен был перемещать защищаемую цель ко мне. Этот метод не оправдал себя. Теперь цель артефакта — защищать своего носителя.
«Я не допущу прежних ошибок», — подумал я, убирая заготовку во внутренний карман своего камзола.
Внезапно раздался стук в дверь. Странно, учитывая, что Эрланд ушел совсем недавно. Неужели уже успело что-то случиться?
— Открыто, — бросил я, посмотрев в сторону двери.
Послышался шум. Дверь начала медленно отворяться, и в образовавшейся щели показалась голова какого-то молодого ведьмака. Выглядел он немного смущенно, неуверенно и даже напугано. Забавное сочетание эмоций для того, кто вскоре должен будет уйти на Большак, чтобы уничтожать угрожающих простым людям чудовищ.
— М-мэтр, — немного запнувшись, проговорил он, — пришла какая-то чародейка и утверждает, что знает вас и что она ваша…
Внезапно он дернулся, словно от удара, и его голова исчезла. Ведьмака затащили обратно в коридор, где послышались возня и шум. Затем зазвучали возмущенные голоса.
Я продолжал терпеливо смотреть на дверь. Мной овладело любопытство. Что это за чародейка, которая знает меня лично? Таковых не очень много, и их можно пересчитать по пальцам одной руки. И от этого становилось только интереснее.
Голоса за дверью становились все громче, пока дверь не распахнулась настежь. На пороге показалась довольно эффектная женщина. Она была одета в синее платье с глубоким вырезом и открытыми плечами. Ее длинные черные волосы спадали вниз прямо на плечи. На груди виднелась большая татуировка в виде круга, состоящего из каких-то символов.
— Я сама могу представиться своему учителю, — нахально и несколько высокомерно заявила гостья, смотря через свое плечо на ведьмака, который все не оставлял отчаянных попыток остановить чародейку, закономерно беспокоясь о том, как я могу отреагировать на вторжение.
Слова чародейки заставили меня задуматься. О каком учителе идет речь? Не помню, чтобы позволял какой-то курице, которая светит своим декольте, называть себя учителем и столь бесцеремонно врываться ко мне. Разве что…
Неожиданная догадка заставила меня внимательнее вглядеться в лицо гостьи. И чем дольше я смотрел, тем больше отмечал знакомых черт. Разрез глаз, поджатые губы, манера убирать выбившуюся прядь волос. В этом мире есть всего один человек, чьи черты и манеры я успел изучить довольно хорошо, и при этом чтобы этот самый человек имел полное право обращаться ко мне как к учителю…
— Шеала де Тансервилль, — проговорил я, обращая на себя внимание чародейки. — Какой неожиданный, но приятный визит.
Звук моего голоса заставил девушку встать смирно по струнке. Она больше не обращала внимания на ведьмака, которому я жестом велел убраться отсюда. Все внимание чародейки было сконцентрировано на мне. Все высокомерие и презрение, которым она поливала молодого убийцу чудовищ, испарились без следа. Теперь в дверях стояла кроткая и смиренная девица, которая с какой-то надеждой смотрела на меня и не спешила что-либо говорить.