Шеала в тот же миг нахмурила брови и с подозрением посмотрела мне прямо в глаза, явно выискивая подвох. Из меня вырвался тяжелый вздох. После того, как я ее практически насильно пропихнул в Капитул, обрисовав всяческие плюсы, Шеала стала пропускать любые мои предложения через призму подозрения.
Устремив на нее снисходительный взор, я просто подхватил девушку телекинезом и под ее возмущенные возгласы закинул в портал.
— Ах да, старик, — обернувшись, обратился я к Гедымдейту, прежде чем последовать за ученицей. — Если все же надумаешь объявить меня ренегатом, дай об этом знать. И предупреди преторий, чтобы не пытались на меня охотиться. Иначе это будет глупой тратой человеческих ресурсов.
Затем я наконец занес ногу, чтобы оказаться на той стороне, но меня вновь остановили. На этот раз это был голос Тиссаи.
— И все же зачем нужно было убивать Гоидемара с семьей? — как-то на удивление спокойно поинтересовалась женщина. — Неужели нельзя было поступить иначе?
— Можно, — ответил я.
После я повернул голову в ее сторону и с мрачной усмешкой продолжил, уже заходя в портал:
— Но я не захотел…
Интерлюдия. Адель (Амелия).
Если кто-то спросил бы у меня раньше, верю ли я в чудеса, я бы однозначно ответила, что чудес не бывает. Иронично слышать подобное от бывшей волшебницы, но факт остается фактом.
Но если этот вопрос мне зададут сейчас, я не уверена, что смогу ответить столь однозначно. Все-таки все произошедшее со мной за последние пару месяцев нельзя назвать иначе как чудом. Начиная со случайной встречи с Ави, которая спасла меня от не самой завидной судьбы, и заканчивая самим фактом моего перерождения в этом мире.
Теперь то я точно была уверена, что это именно перерождение. Все же долгий разговор с Аварисом, который последовал после нашей встречи, помог мне немного уложить весь тот хаос, что творился у меня в голове.
По его словам, выходило, что я умерла, и моя душа последовала на перерождение. Сам этот процесс, если я правильно поняла объяснения Ави, должен очистить душу усопшего, чтобы новую жизнь он начал с чистого листа, не имея никаких эмоциональных «якорей». В этот момент я вспомнила о малышке Сью, что осталась в прошлом мире, и уже готова была начать волноваться. Но Аварис смог меня успокоить, сказав, что о ней есть, кому позаботиться.
Правда его следующая фраза о том, что и сама Сью уже давно не ребенок, заставила меня волноваться еще больше и прибавила вопросов в копилку. И стоило Аварису понять, что ему придется многое объяснить, из него вырвался тяжелый обреченный вздох.
«Безумие какое-то», — промелькнула у меня в голове мысль, пока я слушала объяснения.
С моей смерти прошло уже около сотни лет. По крайней мере, по меркам Авариса, который, оказывается, уже не так уж молод. Дальше шел долгий рассказ о том, что происходило в жизни близких мне людей после моей смерти. Было достаточно странно слушать подобное, но думаю, что любой согласился бы услышать, что после их ухода с их родными и близкими все было в порядке.
И когда Ави закончил свой рассказ, мне потребовался еще месяц, чтобы все осмыслить.
— Другой мир, — пробормотала я, все еще удивляясь подобному факту, хоть у меня и были такие подозрения еще до встречи с Ави. — Ну одно дело подозревать, и совсем другое дело знать наверняка.
Такие диалоги с самой собой уже стали привычными за прошедший месяц. Я много раз задавала себе вопросы о реальности происходящего и каждый раз была вынуждена убеждать себя, что все реально.
Самым невероятным во всем этом, по словам Авариса, было то, что я смогла полностью вспомнить прошлую жизнь. Ведь, как он говорил, душа должна пройти очистку во время перерождения, что не давало бы ей шансов вспомнить былое. Он искренне удивлялся произошедшему со мной озарению, в то время как я удивлялась совершенно иному. Тому, что он, понимая все это, каким-то образом умудрился последовать за мной.
«Ты либо гений, либо безумец», — вспомнилась мне фраза, которую я тогда сказала Аварису.
Ответом мне была его улыбка и слова о том, что он просто слишком жадный, чтобы отпускать кого-то. Даже если этот человек умер. Тогда мне фраза показалась очень милой, хотя мое сознание царапнул какой-то скрытый подтекст.
— Все это уже не важно, — пробормотала я, отмахиваясь от собственных мыслей.
Наконец-то, отвлекшись от размышлений, я в очередной раз осмотрелась. Сидя в небольшой уютной гостиной с камином и рассматривая убранство, я то и дело цеплялась взглядом за незначительные, но такие знакомые детали.