Однажды мне позвонил в областной суд Василий Захарович. Голос его был слышен отчетливо, словно он не из Терновска говорил, а из соседнего кабинета.
— Как поживаешь, Михаил Тарасович? — спросил он.
— Тружусь в поте лица, — шутливо ответил я.
— Неужели потеешь больше, чем в забое?
— Пожалуй, нет. Но нервы порой испытывают повышенную нагрузку. Или, как нынче модно говорить, случаются стрессовые ситуации.
— Все надобно преодолевать, и не иначе…
— Совершенно согласен — преодолевать!
Василий Захарович пару секунд помолчал и, переходя на деловой тон, спросил:
— Как Полина?
— Нормально.
— Нам надо встретиться. — Я медлил с ответом, и он уловил заминку. — Да ты не беспокойся, у меня никаких дел в суде…
— Буду в Терновске— зайду.
— Мы уже, считай, два года как в Углеграде живем.
— Не знал, Василий Захарович.
Он назвал мне свой адрес и дал номер телефона. Я пообещал позвонить, но все тянул: не хотелось посвящать его и Беллу Викторовну в мои семейные невзгоды. Но теперь, когда я собрался «действовать», их помощь могла пригодиться. Я созвонился с Василием Захаровичем и приехал к нему на работу в комбинат. У него, как у заместителя начальника, был большой прохладный кабинет с длинным столом для совещаний, мягкими новыми стульями и книжным полированным шкафом.
Он встал из-за стола и двинулся мне навстречу. Мы сошлись на середине кабинета и крепко пожали друг другу руки. Пышная вьющаяся прическа Василия Захаровича стала белой, но лицо его по-прежнему было смуглым, словно он только вчера вернулся с курорта.
— Ну-ка дай я погляжу на тебя, Михаил, — назвал он меня по имени, как когда-то, взял за плечи и стал: рассматривать. — Да ты ничего: представительный, солидный… Оно и понятно: областной судья, шутка ли…
— Член областного суда, — уточнил я.
— По-моему, это одно и то же. — Он подвел меня к мягкому креслу, усадил и сам сел рядом. — Рассказывай, где и как живете и почему забыли нас с Бэллой?
В приемной Василия Захаровича были люди, и поэтому я начал без всякой подготовки с главного, зачем пришел.
— Я живу здесь, Полина — в Терновске, и ее надо привезти оттуда с ребенком.
— С ребенком?
— У нас — дочь.
— Поздравляю! Но почему они в Терновске?
— Рассказывать долгая история. Но факт, как говорится, налицо. Они живут там.
Он задумался, стараясь понять, что же случилось. Но, видимо, отказался от этой мысли и спросил:
— Когда надо поехать в Терновск?
— Лучше всего в воскресенье.
— Возьмем Бэллу и покатим на «Волге», она у меня собственная…
Тут я задумался: стоит ли брать Бэллу Викторовну? Наверное, нет. Я ведь собрался «похищать» Полину, и другая женщина может помешать этому.
— В том плане, что я наметил, Бэлла Викторовна не участвует…
— Ты меня заинтриговал, Миша! — воскликнул он. — Мы едем вдвоем, часов в десять. Годится?
— Вне всякого сомнения.
Василий Захарович сдержал слово свое, и мы около часа дня приехали в Терновск. Дома была Клавдия Ивановна.
— И Василий Захарович пожаловал к нам!.. — всплеснула она руками. — Что же ты не позвонил, Миша? Ах, боже ты мой, у меня и обеда еще нет… Только Катю спать уложила.
— Не надо обеда, — сказал я как можно тише. — Мы приехали за Полиной.
— А Катю мне?
— И ее возьмем.
Клавдия Ивановна хитро глянула на меня, и глаза ее радостно заблестели.
— Я соберу вещички и в машину — мигом…
— А если Поля заупрямится?
— Обманем.
— А где она?
— В магазин побежала, скоро будет. А покудова слушайте меня. Поля собиралась сегодня к портнихе платье взять… Вот вы и подвезите ее туда, пусть возьмет свое платье, и катите себе, куда вам нужно.
— А с малышкой как?
— Портниха наша хорошая знакомая, давно хотела видеть Катеньку… Вот и случай удобный подвернулся. На машине — раз и там…
— Да у вас тут целый заговор, — весело констатировал Василий Захарович.
— Ай, что ты, мил человек, — махнула рукой Клавдия Ивановна. — Какой еще там разговор-заговор… Семью надобно соединить. Ну, я побежала готовиться.
Мы зашли в комнату, присели в ожидании Полины. У меня был план попроще: пригласить ее покататься с Катей и увезти их в Углеград. Но Клавдия Ивановна предложила более удачный вариант, который разгадать совсем не просто.