Ха-ха-ха!
Сумасшедший Бейбут!
Земфира начала методично заглядывать во все гримерки… Наверно, где-то тут девочек уложили отдыхать.
— Не может быть! — закричала Люцита. — У нас только Миро ножи бросает. Ну, то есть раньше это Бейбут всегда делал. Но потом он на конферанс ушел.
— Постой, Люцита! — сказал Баро неожиданно спокойно. — Тут, похоже, дело намного серьезнее. — Зарецкий повернулся к Кармелите. — Доченька, скажи мне, почему ты решила, что ножи метал не Миро?! Костюм, движения — все точь-в-точь.
— Нет, папа, не все. Во время номера я чувствовала по нему, по его замаху, что это не Миро.
— Кармелита, извини, но, по-моему, ты просто переволновалась…
— Нет же. Я, в конце концов, перед седьмым броском посмотрела ему в глаза.
— В глаза? В этом номере?!
— Да. И поняла, что это не Миро. Глаза были другие — злые, колючие.
— Дочка. Ну, что ты: “глаза злые, колючие”. Детство какое-то…
— Папа, ну почему ты мне не веришь? Да в конце концов-то! Если это был Миро, где он сейчас? Почему он не подошел ко мне, когда свет вырубился?! Где он? Почему его нет здесь и сейчас?
Баро замолчал. Да, действительно. В этой суматохе он и не подумал, а где же Миро?
Земфира дернула дверь очередной гримерки. Та была закрыта. Цыганка хотела пойти дальше, но услышала какой-то шум за дверью — чье-то тяжелое дыхание.
Странно, зачем во время представления кому-то запираться изнутри? Ну, разве что бедовый Сашка с Маргошей могли спрятаться. Но нет, на любовную возню эти звуки не похожи.
Прости Господи, Земфира нагнулась и посмотрела в замочную скважину. Увидела только краешек дивана. И на нем чьи-то ноги в сапогах. Совсем непонятно. Кто бы это мог быть? И вообще, чья это гримерка? Кажется, кажется…
Не может быть!
Миро!
Но ведь только что он был на сцене. Хотя… А был ли? На сцене работал мужчина в маске. Ножи бросал совсем как Миро. А потом, когда свет включили, почему он не подошел к Кармелите?..: Значит, на сцене был не Миро!
А Миро здесь, в своей гримерке. И, может быть, тоже ранен. Так что нужно торопиться!
Земфира начала ломиться в комнату.
А дальше… То ли замок оказался таким некрепким, то ли испуг за судьбу Миро был так велик, но дверь она вышибла очень быстро.
Миро лежал на кровати.
— Боже, Миро! Миро! Что с тобой, сынок?! Земфира начала тормошить его. Но Миро никак не реагировал. О, нет, только не это… Мальчик наш, ты же уже пережил одно ранение.
— Миро, не пугай меня! Цыганка приложила ухо к его груди.
Сердце билось спокойно и ровно. Земфира изумилась еще больше:
— Ты спишь, что ли?!
И вдруг, в одну секунду, Земфира поняла все. Кто-то усыпил Миро. Надел его маску, чтобы вместо него бросать ножи в Кармелиту. Или… Или в Люциту, которая обычно выступает в этом номере?!
Значит, нужно найти их. Это уже не шутки. Это очень серьезно!
Узнав все, Баро начал действовать быстро и энергично.
Прежде всего, вызвал “скорую помощь” для… Даже трудно сказать, для кого.
Для всей юной троицы.
В первую очередь, конечно, для Миро. Пусть разберутся, чем он надышался. А вдруг не обычного эфира, а какой-нибудь другой гадости? Да еще и в каких количествах? Но врачи сразу успокоили. Сказали, что запах хлороформа для них родной — они его за версту чуют. Так что за богатырское здоровье Миро можно не беспокоиться. Если уж его легкие в прежние времена как-то пулю пережили, то теперь небольшая порция усыпляющего для него вообще пустяки! Отоспится — встанет как новенький. В самом худшем случае голова будет немного побаливать.
С Кармелитой тоже все в порядке. Небольшой шок. Но все уже прошло. Пусть до завтра отлежится, книжку почитает.
А у Люциты действительно есть растяжение голеностопа. Но, судя по тому, что нога не сильно распухла, совсем небольшое. Нужно забинтовать эластичным бинтом — и все! Ну, разве что, если есть боль…
“Есть! Есть! — закричала Люцита. — Есть боль, да еще какая!”
Ну, раз есть боль, то хорошо сделать рентген. Вдруг там трещина или вообще перелом какой-нибудь косточки. В ступне их много. Но это не срочно. По крайней мере, в областной центр везти не стоит. До завтра терпит.
Только после этого родители — Баро, Бейбут, Земфира и примкнувшая к ним Рубина, успокоились.
Только Бейбут отвел приятеля в сторону и спросил:
— Баро, а зачем ты вызвал гаджо? Тут же Рубина. Ил” ты в наших шувани уже совсем не веришь?
— Верю, — серьезно ответил Зарецкий. — Только всякие эти хлороформы — не цыганское средство. Так что в чем — в чем, а в этом гаджо полезней любых наших шувани! А к Люците с Кармелитой, конечно, можно было их не пускать. Да уж ладно… Это им в дополнение к гонорару — пусть почувствуют свою важность!