Улетали они вечером. От чемодана Дима отказался.
— У меня большая сумка. Митька, бери рюкзак. Даша, давай его плавки, шорты, пару футболок и сланцы. Хватит с головой. Ну еще кепку от солнца. Клади все в сумку.
— А белье?
— Ну трусы, носки. Да не надо ничего этого, — остановил он ее. — Там жарко. Дай зубную щетку.
— Я собрала лекарства.
— Зачем столько?
— Я читала, что там могут быть проблемы с желудком. Вот смотри, я все здесь написала: что при расстройстве, что при более серьезном отравлении.
— Ладно, давай. Все, больше ничего не возьму. Что понадобится, там купим. Митька, пошли. Через час регистрация на рейс начинается.
Как только такси отъехало от дома, она увидела приближающегося Валерия.
— Здравствуй, — удивилась она его визиту и удобнее устроила на руках дочку. — Ты без звонка.
— Я звонил. Ты трубку не взяла.
— Наверное, не услышала. Я Митю в дорогу собирала.
— Куда?
— Его отец забрал на две недели, — не стала она уточнять.
— К себе?
— Нет. На море. Сказал, что хочет больше общаться с сыном. Они теперь редко видятся.
— Никто ему не мешал приезжать чаще, чем раз в месяц.
Даша оставила это едкое замечание без ответа. Но отметила, что Воронов приехал опять с пустыми руками. Хоть бы фрукты детям купил. Все же ей тяжело все на себе таскать. Но она ничего не сказала, передала ему на руки Катю и первой вошла в парадное.
Что-то разладилось у них в семейной жизни. Даша, как всегда, слушала Валерия, но ей было совершенно неинтересно, словно его жизнь, деловая и личная, уже никак не касались ее.
Откровенный разговор с Димой расставил все точки над «і». Дима никогда не оставит жену, но ей этого уже и не надо. Да, она еще раз убедилась, что Дима Смирнов — замечательный человек и отличный отец для ее детей. Просто он не ее мужчина. Он всю жизнь любит одну женщину. А ее он просто не хотел обижать и какое-то время не мог отпустить из-за мужского эгоизма. Но теперь он сам понимает это и сокрушается, что помешал брату… Да и она, слава богу, уже не любит Диму, как прежде. Хотя теплые чувства к нему у нее и остались, но это уже только дружеские чувства.
Его последние слова запали ей в душу. Лучшая мама для детей — счастливая мама. Она пыталась сделать правильный выбор, но то был выбор ума, не сердца. Даша смотрела на Воронова, который увлеченно рассказывал ей о рабочей проблеме и о том, как он отстоял свою правоту, но мысли ее были далеко.
Дима объяснил, почему в доме его матери никто не подходил к телефону. Людмила Викторовна снова уехала к своей подруге — теперь у той умер муж, и она помогала ей с поминками. А Коля улетел в Германию к другу. Даша боялась себе признаться, как ей хочется увидеть его. Уже месяц, как она с детьми переселилась в свою квартиру, и здесь у нее возникло ощущение, словно она никуда и не уезжала. Будто и не было ничего: ни Воронова, ни его мрачной квартиры, ни их странной семьи. А Валера, сидящий сейчас на ее кухне, смотрелся как что-то лишнее и неуместное.
— Ты маляров нашла? — выдернул он ее из размышлений.
— Что? А! Нет, не успела.
— Что значит не успела? Я тебя просил неделю назад. Неужели так трудно сделать один звонок?
— Прости. Я думала, куда Митю отправить. А то лето проходит, а он все в городе.
— И, конечно же, попросила Смирнова?
— Я советовалась. Все же он его отец.
— Не надо мне постоянно это напоминать! — вспылил Воронов. — Еще скажи, что и Катя не моя!
— Я этого не говорила. Это ты сказал!
Резкие слова сами сорвались с ее губ. Валерий обиженно замолчал. Даше стало неловко.
— Я сегодня же узнаю насчет маляров, — на прощание пообещала она.
Глава 19
Даше снился сон. Она снова жила в квартире Валеры и никак не могла понять, почему он так долго делает ремонт, а в комнатах по-прежнему грязно. Под ногами валялась старая бумага, на стенах висели рваные обои. А Валерий все хотел ее поцеловать. Ей было неприятно, но она старалась не показывать этого. Муж целовал ее так крепко, словно прощался. А потом она увидела Колю. Он стоял посреди библиотеки. И в комнате сразу стало светло и чисто. И книги на полке уже стояли только новые. Она стеснялась его, потому что Воронов продолжал ее целовать. Но Коля на это не реагировал. Он стоял с чемоданом в руках. «Ты из Германии?» — спросила она. А он ответил: «Да. Посмотри, что я тебе привез», — и достал из чемодана сапоги…
В этот момент она проснулась, потому что заплакала Катя.